Полная история Руси

Собрав дружины свои, он поспешил с братьями на Святослава к Карачеву. Целый день, вплоть до ночи, шел он вперед, воюя и все разоряя. По дороге собиралась к нему разбитая дружина. К полудню пристал и пораженный Изяслав Давыдович.

Святослав, не надеясь выдержать второго соединенного нападения, бежал ночью за лес к вятичам.

Киевский князь остановился. «Я дал вам волости, сказал он Давыдовичам, все, чего вы хотели: вот Новгород, вот и все Святославово имение. Что окажется здесь его, челяди и товара, то разделим на части, а Игорево все мое».

Все противники разошлись, поход закончился; Изяслав утвердился в Киеве, Давыдовичи овладели Северской землей. Но война только начиналось: Юрий хотел ее, чтобы получить себе Киев, Святослав хотел ее, чтобы выручить брата, и Давыдовичи хотели ее, чтобы утвердить за собой захваченные вместе приобретения: Новгород, Северскую землю, Изяслав – чтобы порешить с неугомонным врагом.

В следующем году (1147) начаты враждебные действия вдали, на другой стороне, в Новгородской, Смоленской и Суздальской волости, где в первый раз встречается имя Москвы.

У союзников собралось много силы, и они угрожали Чернигову. Давыдовичи испугались и решили оставить Изяслава и перейти на их сторону.

Святослав Всеволодович, державший у великого князя пять городов, выпросился у него в Чернигов: «Там мне жизнь вся, отче, отпусти меня в Чернигов, я буду просить волости у дядей».

Давыдовичи, замыслив злое дело, вновь прислали звать Изяслава: «Земле нашей грозит беда, а ты все медлишь».

Тогда Изяслав созвал бояр и всю дружину свою, киевлян и объявил им, что, договорившись с братьями, с Давыдовичами и Всеволодовичем, он хочет идти на Юрия к Суздалю, зачем тот принял врага его Святослава, – а брат его Ростислав присоединится по дороге к нему со смольнянами и новгородцами.

Киевляне отвечали: «Князь, не поднимайся с Ростиславом на стрыя[3 - Стрый – дядя по отцу.

Изяслав возразил: «Они целовали мне крест, и я думал думу с ними вместе; отложить сего пути я не хочу, а вы поспевайте».

Киевляне отказались: «Князь, не гневайся на нас, мы на Владимирово племя руки поднять не можем; на Ольговичей – пожалуй, пойдем хоть с детьми».