Киберпанк

Библиотека не могла похвастаться особым спросом, оно и понятно, время было сложное, все просто выживали, библиотеку же считали «праздным» местом, в плохом смысле этого слова. Завсегдатаями библиотека похвастаться не могла. Помимо библиотекаря, который каждый день, с девяти утра до восьми вечера открывал храм знаний для всех, у библиотеки был еще один постоянный поклонник – Тим. Он родился неполноценным, была ли виной тому плохая экология, или просто не повезло, так и осталось загадкой. Тем обиднее такое положение было для него, что разум его был в полном порядке.

Он часто думал о том, что будь он умственно отсталый, ему было бы легче. Жил бы поживал, да радовался каждому дню, просто так.

Тим неуклюже вставил плохо слушающуюся руку в специальное отверстие на костыле. Теперь, когда обе руки крепко держали костыли, он неуверенно привстал со стула и облизнув губы, поднял свое худощавое тело. Пошатнувшись, он все же принял устойчивую позу и наконец поднял голову и направился к выходу.

– Уже уходишь? – осведомился библиотекарь, не отрываясь от картинок бежавших по красивому стеклянному планшету, который он держал в руках.

– Да. – не очень уверенно проговорил Тим, видно было, что говорить ему так же не просто, как ходить и двигаться вообще.

– Ну, тогда до скорой встречи. – сказал библиотекарь и оторвавшись от просмотра, посмотрел на Тима и улыбнулся.

Лицо Тима осталось беспристрастным и он, кивнув, молча направился к выходу. Когда он уже исчез за дверью, которая с шипением закрылась, библиотекарь продолжал смотреть на дверь, потом вздохнул и опять уткнулся в свой планшет.

Тим сощурился выйдя на улицу, не сказать, чтобы солнце сильно слепило глаза, оно всегда светило, сквозь пелену смога, от постоянных пожаров и костров, поэтому было похоже на тусклый оранжевый диск на бледно желтом фоне неба. Тим мог поклясться, что чувствовал отчаяние и тоску, что исходили от Солнца. Он всегда представлял себе, что Солнцу давно надоело висеть в небе, но оно, как старый работник, просидевший на одной работе всю жизнь и которому даже сравнить не с чем, продолжает делать это по инерции, каждый день.

Подождав немного, пока глаза привыкнут к свету, после темной библиотеки с холодным свечением экранов для просмотра информации, он окинул взглядом унылый пейзаж вокруг и медленно двинулся вдоль коридора из мусора.

Запах гари, который въелся во все вокруг, включая самого Тима, неприятно щекотал ноздри. К нему нельзя было привыкнуть.