Жатва душ. Остров мертвых

– Ну зараженные. Укусил – заразил, разве нет? – Макс с надеждой глядел широко раскрытыми ясными глазами.

– Нет, они незаразные. У них душу вынули, теперь их тянет разорвать всех, в ком она осталась. Короче, была какая-то Жатва душ.

Глаза Макса распахнулись еще шире.

– Е-ма… Кто тебе сказал? Откуда ты знаешь?

– Уточню. Ты уведомление не получал, так?

– Э… Нет. От кого? Власти прислали какое-то сообщение? Так связи же нет.

Очевидно, Макс так никого и не упокоил, а потому чистильщиком не стал. Объяснять было долго, я и сам не до конца понял, что произошло, и у меня имелись свои вопросы, потому просто сказал:

– Власти ничего не присылали.

– Ты точно обкурился. – Макс качнул головой, его лицо просветлело. – Есть чо?

– Нет у меня ничего, и я не обкурился! Сам думал, что глюки с бодуна, но ошибался. В общем, слушай, суть в следующем…

Пожелав снова увидеть приветственный текст жнецов, я зачитал его Тертышному.

– Короче, проснулся, сушняк дикий, в номере никакой воды или другого питья, даже в кране. Вышел в коридор, а там горничная. Я к ней, она на меня. О том, что она зомби, не подумал, даже когда полезла кусаться. Я отбросил ее, а она, прикинь, встала типа на мостик и поперла на меня. Пересрался так, что выкинул ее из окна. Вот тогда-то вся эта хрень с компьютерным интерфейсом и началась.

– Что? – встрепенулся Макс. – Что?

– У меня же жена пропала! Я спать без нее ушел, проснулся – а ее нет.

– Может, и хорошо, что так, – резонно ответил он. – Если то, что ты мне тут исполнил про Жатву душ, правда, она бы тебя сожрала ночью.

Он, похоже, был уверен, что раз Карина не пришла, значит, обратилась.

– Слушай… – Меня вдруг озарило, что парень наверняка имеет отношение к системе наблюдения отеля. – А у тебя тут можно посмотреть, кто куда пошел и что с кем сделал?

– Было можно.

– Не только. По идее, нам нужно прибиться к группе людей, вместе проще выживать. Следовательно, хорошо бы посмотреть, есть ли выжившие в отеле, и где они окопались. Неужели никак не выудить информацию с камер наблюдения?

– Происходящее должно записываться… – промямлил он.

– Ну?

– И храниться сутки.

– Ну!

Он заелозил мышью по коврику.