Сидус. Вида своего спаситель

Каким-то образом у него под лапой уже находилась клетка с Тигром, который, похоже, нашел себе нового любимца.

– Ага.

Через полминуты хитам приволок двух упирающихся замызганных хомо и еще одного – мелкого, в очках с тонкой металлической оправой и деловом костюме. Первые двое показались мне знакомыми, они ругались и пыхтели, а третий вел себя тихо, но уже обмочился. Выглядело это забавно, учитывая, что Кема уступал им всем в росте и массе, но силой явно их превосходил. Хомяк сидел на макушке рапторианца и пищал что-то вроде: «Мы их догнали и притащили!» Пустую клетку почему-то нес третий хомо.

– Кто это? – поинтересовался я у Шана Юна.

– Очкарик – мой бухгалтер Жу Инчи. Те двое – Хуан Соломон и Йозеф Мацукевич, летели с тобой на том лайнере. Они были рядом с Головой в «Золоте лепрекона», когда ты его кончил. Обычная плесень, шестерки. Грег их держал рядом ради «подай-принеси», но за свой стол не сажал. Они и сдали тебя, послав письмо на Землю.

– Кому? – удивился я.

– Эти идиоты адресовали письмо «главарям Триады», но, что удивительно, оно попало по адресу. Ко мне.

Винить оборванцев мне было особо не в чем, наоборот, я даже мысленно похвалил их: надо же, нашли способ связаться с Землей, притом что почтовая связь стоит бешеных для новичка денег! Им проще было просто плюнуть на погибшего Голову и заняться своими делами. Полезные идиоты, могут пригодиться… на Агони.

– Хуан, Йозеф, вы все видели и слышали?

Кема по моему сигналу отпустил их, и они встали на колени:

– Мы все слышали, босс дракон хомо Картер Райли, – ответил первый.

– Мы подчиняемся, – добавил второй. – Вы наш новый босс.

– А чего тогда убегали?

– Боялись, что стали не нужны, – ответил Йозеф.

– Гнева вашего тоже боялись, – добавил Хуан.

– Поступаете в распоряжение Шана Юна, он скоро отбывает по моему заданию на планету Агони.

– Агони? – ахнула Крисси. – Да ты хоть понима…

Шан Юн что-то рыкнул, и она заткнулась.

– А нам обязательно туда? – глядя в пол, пробормотал Йозеф.

В этот момент со мной одновременно пытались связаться Оран'Джахат и Лекса, и мысленно я уже был в другом месте, а потому ответил машинально:

– Труд сделал из обезьяны человека, а человек – это звучит гордо.