Провозглашаю СЕБЯ! Жить после развода

Ты для меня есть, ты есть в нашем Роду. Я думаю о тебе, я благодарю, я помню о тебе».

На тренинге я впервые участвовала в расстановках. Мне очень понравилось! Это необычайно!

Расстановка – такой приём, когда незнакомые люди, пришедшие на тренинг, становятся на места ваших родственников и действительно начинают ощущать себя в какой-то степени ими, вашими родственниками. Так можно узнать отношение того или иного человека, его мысли. Специалисты расстановок в этой практике решают психологические проблемы клиентов, мы же делали расстановки в лёгкой форме – так сказать, для ознакомления.

В расстановке под конкретный запрос люди встают друг за другом, начиная с того, под чей запрос делается расстановка. Он стоит первый, один. За ним встают его «папа» и «мама». Каждый из них кладёт одну руку ему на плечо, другой рукой они соединяются между собой. За ними снова становятся их «родители», которых уже будет четыре человека – двое у «папы» и двое у «мамы». Так же кладут руки на плечи впередистоящих, а свободными руками держатся друг за друга.

Получается такая матрица, расходящаяся клином от одного человека, и все друг с другом соединены через руки.

Один раз я «играла роль» чьего-то папы и натурально почувствовала через руку плотную связь с «женой». Я стояла сзади, видела много людей, чувствовала силу этого Рода, но за моей спиной никого не оказалось. Нас было всего 10 человек, и на моих «предков» уже не хватило. Я подумала, что это как-то символично: у меня в настоящей жизни не прикрыты тылы.

Второй раз я была чьей-то «мамой» в расстановке для молодой пары. И у меня возникло такое чёткое ощущение, что эта «мама» не знает ни сына, ни мужа, ни жену сына, ни внуков. Она вроде бы живёт с ними, но так далека от них, и ей даже в голову не приходит узнать, что они за люди.

Мы озвучивали все наши мысли, не стесняясь, и те, для кого делали расстановку, подтверждали, что настоящие родные ведут себя в жизни именно так.

В третий раз расстановку сделали для меня.

Мужчина, который играл роль моего «отца», сказал, что чувствует гордость и обиду, а женщина в годах, стоявшая на месте «мамы», утверждала, что она зажатая, сдавленная, и её перекосило «под отца».