Дисгардиум 6. Путь духа

Но все называют меня Ду Кривой зуб.

Ду, скрывая улыбку, наблюдал за тем, как парень пытается удержать канистру под мышкой. Наконец Фэн сдался, поставил емкость на землю и пожал Ду руку. Его ладонь была узкой, детской, но рукопожатие оказалось крепким.

– А меня Фэн Сяоган. Но все, кроме родителей, называют меня Магваем.

– Твои родители беженцы? – сделал вид, что догадался, Ду. – Сколько же тебе лет?

Фэн кивнул:

– Да, мы из Харбина. Месяц назад мне исполнилось четырнадцать.

– Четырнадцать? – удивился Ду Мочжоу.

 – Никогда бы не подумал. Что ж… Это меняет дело. Где твой отец? Мне нужно поговорить с ним.

– Там, – указал мальчик направление и объяснил, как найти отца.

Потрепав Фэна по слипшимся от грязи космам, Кривой зуб ушел. У Фэна болели ребра и отбитые предплечья, но настроение после разговора с незнакомцем все равно было приподнятым. Господин Мочжоу стал первым, кроме мамы и папы, кто проявил к Фэну интерес и даже не отругал его.

Вечером за непривычно сытным ужином родители были веселы и ласково поглядывали на сына.

Они встретились с Кривым зубом. Отец не рассказывал, о чем он говорил с Ду, но с того дня мальчишки перестали бить Фэна. Позже он узнал, что и отец больше не платил «налог» людям местного преступного главаря, которого, как оказалось, звали Ду Мочжоу.

Наутро в лачугу семьи Сяоган четверо хмурых мужчин занесли капсулу погружения. Сутулый техник подключил ее, настроил и ушел. Разбираться со всем остальным мальчику пришлось самому.

Но капсула, пусть старая, побитая и помятая, с интра-гелем, давно требующим полной замены, открыла Фэну новый мир.

Мотивы Ду он понял несколько лет спустя. Кривой зуб, давно заглядывавшийся на покорение виртуальных пространств, ко всему подходил основательно. Нет, он не играл сам и не планировал даже заводить собственный клан, но Ду знал точно: в Дисе есть деньги, и их там много. Куда больше, чем можно собирать с крышуемых оницо, низкопробных граждан и их, смешно сказать, бизнеса.

Ду создавал свою банду улиц, отбирал подростков и детей и воспитывал их так, что у них, повзрослевших, не возникало и мысли о предательстве. Они были всем обязаны Кривому зубу, а с теми, кто хотел уйти от него, происходило страшное. Птенцы могли покинуть гнездо и даже улететь на Марс, но всегда должны были помнить, кто выдал им путевку в жизнь. И отстегивать от доходов господину Мочжоу, потому что для многих он стал вторым отцом. Или вообще заменил его.