Дисгардиум 12. Единство-1

Сбив друга с ног, проявился перед ним, велел не делать глупостей, потом нашел взглядом Магвая и, качнув головой на Полидевка, спросил:

– Сможешь повторить тот фокус с исчезновением? Как тогда, в бою с Отродьем Бездны? Так, чтобы и его забрать?

Легат на мгновение прикрыл глаза и в следующий миг исчез вместе с остальными. Полидевка он прихватил с собой. Неписи, заполонившие ущелье, негодующе завопили, а землю возле меня засыпало копьями, стрелами и смертоносной магией…

– Прекратить! – разнесся эхом рык Крагоша.

Скалой встав на пути разливающегося из каменной горловины войска, он поднял руку. Другие лидеры сделали то же самое. Император шагнул вперед и остановился. Ну да, не ему же ко мне идти…

Отряхнувшись и выдернув воткнувшиеся в меня копья, стрелы и арбалетные болты, я выдохнул и полетел к лидерам союзной армии. Огонь они прекратили, но, судя по обнаженному оружию и магическим всполохам, были готовы возобновить его в любую секунду. Понятно, не все знали Скифа лично, а даже те, кто знал, только что видели, как я говорил с нежитью.

Опустившись на землю, я заметил, что на этом участке сухо – над союзной армией кто-то развернул незримый магический зонт. На меня смотрели суровые лица тех, кого мне нужно было убедить в том, что миру грозит опасность посерьезнее, чем Чумной мор.

Орка с примесью крови огров Крагоша и дриаду Лисенту я знал, а вот с остальными встретился впервые.

Сначала в глаза бросалась могучая фигура Гипера, лидера титанов. Он возвышался над всеми и носил звание Идущего по небу. Глядя на него, намного превосходившего ростом императора Крагоша, я подумал, что такое звание неспроста. Титаны и гиганты в Дисгардиуме считались самыми могучими, обе расы вырастали до четырех-пяти метров, но, скажем, Бомбовоз, хоть и был титаном, едва ли превышал два с половиной.

Впрочем, император предпочел стоять, а на плече титана сидела обворожительная королева фей Уна. Слышал, что феи способны при желании увеличиваться чуть ли не до размеров человека, но их правительница явилась на битву в нормальном для себя размере – с человеческую ладонь, прелестная до невозможности.