99 мир – 1. Маджуро

Заметив, что Лука в сознании и делает попытки встать, он заорал:

– Райкер!!!

– Что с господином? – поинтересовался Лука.

– Это ты виноват, убийца! – Глаза старшего ученика вспыхнули гневом. – Отродье бездны!

Пенант вдруг кинулся на мальчика и замахнулся. В его руке блеснул металл. Лука машинально выставил ладонь, закрываясь, и та взорвалась вспышкой боли. С тыльной стороны вылезло лезвие скальпеля.

Но в следующее мгновение еще истошнее заорал старший ученик: лезвие растворилось, впиталось в ладонь, а рана затянулась за пару биений сердца.

Лука удивленно осмотрел руку, кивнул сам себе, понимая, а потом окинул взглядом кабинет целителя, решая, что делать. Бежать? Но куда? Пенант в два раза крупнее, с таким не справиться, но справиться надо, потому что мама ждет, а если его обвинят в убийстве…

В дверь замолотили кулаком. Пенант бросился к ней, отпер, и на пороге появился раб, охранявший ворота.

– Райкер! Раб убил господина! – затараторил старший ученик.

Зарычав, охранник кинулся к Луке и широко расставил руки, чтобы не дать тому сбежать. Осознавая, что происходит что-то непоправимое, мальчик нырнул ему под локоть и побежал к выходу из кабинета.

Там его встретил Пенант. Старший ученик что-то вскрикнул и выбросил вперед руку. Уклониться Лука не успел и, получив оплеуху, остановился, схватившись за скулу. Удар подоспевшего охранника в затылок отправил мальчика на пол.

В себя он пришел чуть позже, когда Райкер скинул его тело на холодный склизкий земляной пол подвала.

– С ним точно что-то не так! – Голос Пенанта сочился злобой и удивлением.

– Да, ты абсолютно прав, старший ученик. И слава Двурогому, что он сам оборвал струны, иначе…

Приглушенный голос умолк, зашептал, а потом раздался вопрос Рейны:

– Что это за тварь, господин Ядугара?

– О, Рейна, девочка моя, это крайне любопытный экземпляр! – Целитель закашлялся, а откашлявшись, торжественно объявил: – Упоминаний о подобных ему я не встречал за все два столетия, что живу в этом мире.

Глава 14. Запреты господина Ядугары

– Раб Лука Децисиму, я запрещаю тебе покидать пределы помещения, в котором ты находишься! – слова господина намертво отпечатывались в разуме Луки.