Боевой джинн. Сборник рассказов

Визг, чавканье, и крысы снова принимались водить хороводы вокруг валуна, пытаясь достать человека. Павлов с учением об условных рефлексах, наверное, нервно теребил бородку, если конечно в иных измерениях, куда Жека отправил тварей, не знакомых с исследованиями светила земной науки, он сохранил привычный людям облик.

Обнаружив, что аккумулятор оружия почти сел, Жека нашел другое занятие. Он корчил зверью страшные рожи, сыпал замысловатыми ругательствами, пару раз демонстративно помочился сверху, демонстрируя чудеса акробатики.

Хищники оскорбленно фыркали, но не уходили. Твари понимали, что загнали добычу в ловушку, и деваться Жеке некуда.

Прошел день и наступила ночь. В небо медленно поднималось равнодушное желтое око луны. Зверье не расходилось, и Жека подозревал, что крысы незаметно подменяют друг друга на посту. Он им завидовал. Руки и ноги одеревенели, глаза слипались, а плеск и шелест воды, лобызавшей пляж, такой близкой, но столь же недосягаемой, сводил с ума. Жеку мучила жажда. Она подавила чувство голода.

На рассвете Жека обнаружил, что сознание отказывается адекватно воспринимать реальность, подменяя ее галлюцинациями. Ему чудился челнок, спускающийся с небес, каюта, оставленная в корабле на орбите. Крысы, терпеливо ожидавшие его падения, казались милыми котятами, жалобно мяукавшими у ног. Жека поймал себя на мысли, что хочет спуститься, чтобы приласкать и накормить бедняжек.

Светило поднималось над горизонтом, разгоняя редкие облака. Жека приложил бластер к виску. Перспектива быть сожранным заживо пугала больше самоубийства.

Акт суицида прервался грозным рыком, донесшимся из джунглей. Крысиный хоровод распался, и в следующий миг твари стремительно разбежались.

Зверюга, вспугнувшая стаю, была крупнее «грызунов», хотя явно принадлежала смежной породе и едва ль отличалась от них окрасом. Выскочив из леса, она неспешно потрусила к валуну, не сводя с человека внимательных антрацитовых глаз. Жека прицелился, твердо решив, что перед тем, как покончит с собой, он отправит к Павлову нового хищника.

Но тот явно не торопился полакомиться пришельцем. Он уселся на песок и завилял хвостом, став похожим на земного пса.

– Издеваешься? – Жека помотал головой, отгоняя морок. Однако зверюга не думала исчезать. Она улеглась на песок и тихо заскулила. В зарослях что-то зашевелилось. «Пес» поднял голову, нехотя рыкнул, а потом посмотрел на человека и вновь завилял хвостом.

Выставив перед собой бластер, Жека съехал с валуна и попятился к воде.