Разговор с душой

Когда мое легкое безумие свелось на нет и я пришел в норму, хотелось спросить: что это было? «Это был пример социальной жизни, которую принято вести в наше время», – думал я. В мире, где чужие достижения, автомобили, красивые формы тела принято выставлять напоказ, где разнообразные «интернет-примочки» не дают человеку заскучать, сложно не потерять рассудок.

– Посмотри, какие классные бутерброды сделала Холи Суп и выложила в инстаграм, – говорит жена, протягивая мне телефон.

– Да, нормально, – отвечаю я.

– Посмотри, как красиво они сервированы на тарелке, вот вино какое, – продолжает экскурс жена.

Чужие бутерброды и чужая жизнь кажется интересной. Она не моя, неизвестная, кажется очень сладкой. Если бы я выложил в инстаграм в клуб любителей лобстеров фото своей фирменной гречки с огурчиками от тещи и куриной колбаской, сверху элегантно полив кетчупом, все это смазав красиво, то у меня спросили бы или в крайнем случае подумали:

– Какое интересное блюдо…

– Да, и оно вкусней, чем ваш лобстер.

– Почему?

– Потому, что это моя гречка, а не ваша.

Возможность альтернативы временами съедает человека. Говорят, дефицит имеет много минусов, но это разнообразие и мелькающий взгляд давно вышли из категории простого разнообразия, от которого бежали после СССР. Разнообразие вещей переросло в разнообразие жизней и возможность попытки ее поменять. Это кажется чем-то нудным, снобистским, старомодным. Не хочу это слушать! Но я никогда не видел свою жену веселой после того, как она посмотрит инстаграм.

Не вижу счастливых людей, сидящих днями в социальных сетях. Они почему-то многих манят, туда хочется заглядывать, там что-то дают, чего человеку не хватает. Там есть пища, которой кормят, есть и душевный фастфуд.

Человек порой живет новостями, которые проговаривают с неимоверной быстротой. Человек смотрит на экран, переключая каналы со скоростью звука. Он слышит радио в голове, а когда остается один на один с собой, впадает в панику. Мне встречались люди, которые на второй день сидения дома рыдали.

Я видел слезы и отчаяние, видел настоящую боль. Им нужны внешние изменения, антураж, и теперь этот антураж можно носить в кармане, теперь человек вроде живет здесь, а вроде его и нет.

Я заметил одну особенность: меня никогда не тянет делать что-то хорошее просто так: в удовольствие перевести старушку через дорогу или уступить кому-то место, промолчать и сдержаться в ссоре с женой! Все это требует усилий, внутренних и незаметных, но я чувствую их.