Казаки, взгляд с другой стороны. Неизвестная история

Роу 10 (20) июля 1624 года, сказано: «9 этого месяца от 70 до 80 лодок казаков, по 50 человек на каждой, гребцов и воинов, воспользовавшись удобным случаем, когда капитан-паша отправился в Татарию, вошли в Босфор приблизительно на рассвете…».

Из письма Т. Роу Д. Кэлверту от 25 июля 1624 года: «Я, – говорилось в письме, – вынужден прибегнуть здесь в некоторых местах к шифру, потому что в момент последнего смятения, когда прибыли наши обычные пакеты, они неожиданно вызвали подозрение беспокойного чиновника и были доставлены к каймакаму; было широко распространено лживое обвинение в том, что некоторые из них будто бы обнаруживают сведения касательно казаков, и сиюминутная оскорбительная ярость подталкивала вскрыть их в Государственном Диване, или Совете, который обещал успокоить толки; но через несколько дней мудростью визира они доставлены нам невредимыми».

«Следующей почтой, – писал Т. Роу, – я пошлю копии вашей чести и дам его величеству отчет о деле пиратов, в коем сделано что возможно; новый паша послан с новыми и горячими приказами, каковые, я уверен, выполнит, чтобы мы могли торговать в будущем без опасения от них (казаков)».

Из депеши английского посла Т. Роу принцу Уэльскому, датированной 18 сентября 1624 года. «Солдаты на галерах в устье Босфора, – говорится в документе, – взбунтовались против своих начальников, забрасывая их камнями и отказываясь снова идти в море…» Властям удалось успокоить бунтовщиков, только согласившись «с условием, что они остаются там, где находятся, и несут стражу до тех пор, пока зимняя погода не прогонит казаков, и в этот день их (солдат) возвращают в город».

Очевидно, речь шла о дне Касыма, считавшемся в Турции началом зимы и приходившемся, как мы указывали, на 26 октября.

«Казаки, – сообщало английское посольство в „Известиях из Константинополя“ от 1 октября, – снова появились поблизости от устья Босфора со 150 фрегатами (на этот раз „фрегатами“ – фыркатами названы чайки и, возможно, струги) и взяли много добычи на греческом берегу, настолько, что все берега Черного моря стали безлюдными».

Как сообщали «Известия о турецких делах», составленные посольством Т. Роу 12 июня, 1624 года, «обеспокоенность казачье-крымским союзом и враждебными планами относительно Кафы заставила капудан-пашу стянуть к Стамбулу «все галеры Архипелага, которых было разных типов 60», и отдать им приказ выйти в Черное море «со всеми силами, которые может собрать этот город».