Большой мир. Книга 1

Правда, Том? – Эмма повернулась к нему, и парень прочитал на ее лице мольбу.

– Да. Я уйду, сегодня же, – спокойно подтвердил ее слова Том.

"Как только ты положишь оружие, ты будешь сидеть взаперти до конца жизни, получая еду по расписанию через гребанную щель", – следом подумал он.

Сфера стала еще ярче, и Гурлоу серьезно вздрогнул.

– Кернис, ты видишь, что происходит?! – крикнула Присцилла. – Посмотри на Сферу, сейчас не до этих глупостей!

– Нет. Так не пойдет, – сказал Кернис, даже не посмотрев в сторону уже яркого шара.

 – Я покажу всем, насколько мне дорога Лизи и как жестоко вы поплатитесь за то, что мешаете нам.

Рука Керниса сдвинулась в сторону, и как в замедленной съемке, Том увидел яркую вспышку на конце дула пистолета. Рядом с ним коротко вскрикнула Сая и, прижав руку к животу, упала на колени. Том хотел броситься к ней, но Кернис направил дуло на него, и снова раздался выстрел…

Глава 19

В который раз сны были беспокойными. Я несколько раз просыпался и в полубреду засыпал снова.

Морфей принимал меня в свой мир сразу, только чтобы снова окунуть в какое-то безумие.

Когда меня разбудили крики местных домашних пернатых, мои глаза долго не хотели разлипаться. Тело было мокрым и горячим настолько, что вряд ли я страдал от холода всю ночь. В памяти, как всегда, был бардак, но вместе с этим появилось странное чувство приближения к чему-то. Будто я пересек какую-то черту и должен сделать последний шаг. Но несмотря на подбадривающие вопли болельщиков, спортсмен падает перед финишем, и его время замирает.

Я машинально выпустил поток маны и еще какое-то время не двигался, освобождая свой доступный запас. Было отрадно, что это давалось весьма просто и быстро. В отличие от первых попыток, сейчас я уже мог почувствовать количество освобождаемой маны и ее плотность. Будто я и есть некий сосуд, из которого выпускают жидкость. Странное и зыбкое чувство. Но вместе с тем присутствовало ощущение освобождения. Оно не было приятным или тягостным, ведь мана не доставляла дискомфорт либо удовольствие, проявляясь, фактически, только в момент работы с ней.

Тем не менее, психологически чувствовать, что твой запас исчерпан, было в радость, особенно, когда это происходило так живо и легко. Словно выплескиваешь кастрюлю воды черпаком, а не ложкой.

На улице было еще сумрачно, а дыхание вырывалось из горла еле заметным паром. Но местные петухи надрывали горло так, словно вся деревня заспалась до обеда.