Заказник «Кирзинский». Часть 2

Ничто не сравнимо с ней: ни горечь утрат, ни безнадега… Пусть, какая она ни есть – долгая или короткая, полная мучений или радостных минут, – но еще хотя бы глоток ее… Какое это счастье – видеть голубое небо, багряный лес!

Машина преградила ему путь. Он повернул обратно, стремясь укрыться в другом березовом колке. Но машина вновь оказалась на его пути. И так повторялось несколько раз. Черная, неуклюжая на вид, глыба железа и стекла, всегда оказывалась быстрее и проворнее Журавки, отрезая ему спасительный путь к лесу.

Не чувствуя больше ни страха, ни усталости, Журавка упал на стерню, из глаза выкатилась слеза. Откуда-то издалека ему послышался нежный голос матери: «Все будет хорошо, сынок. Ты бился за жизнь достойно…

Впадая в забытье, он вдруг отчетливо услышал рядом с собой страшный, связанный с болью и страданиями голос человека. Он еще не видел своего врага, но дыхание смерти, которое исходило от него, Журавка ощущал каждой клеточкой своего организма.

– Выдохся, наконец! – довольно процедил, сверкая маленькими хищными глазами, водитель джипа.

 – Живучим, оказался, падла. – Обращаясь к своему бородатому напарнику, стоящему у машины, гневно добавил: – Ты чего телишься?

– А что надо?

– Что надо? Будем добивать.

– Как добивать?

– Давай, «Борода», шевелись! Ружье бери, а то он, чего доброго, в лес удерет.

– Да куда он удерет… – ответил бородатый, и, взяв неохотой свою «вертикалку», подошел к товарищу.

…«Надо бежать… Надо бежать…» – инстинкт подсказывал журавлю план действий, но его уже окружали люди, все плотнее сжимая кольцо, из которого не выбраться.

И тогда, собрав последние силы, он, полными злобы и ненависти глазами, пошел навстречу своему врагу – тому, кто держал в руках смертоносное железо.

Рис. 5. Журавка и браконьер.

Бородатый, почти не целясь, выстрелил в птицу. Страшная «волна» подняла Журавку вверх: на миг он снова взлетел – как бывало раньше – просто и легко.

– Ха-ха! – засмеялся водитель джипа, доставая мешок из багажника.

 – Он еще летает. Это был твой последний полет, голубчик. Клади, «Борода» этого летуна в мешок, да ехать надо. И так сколько времени из-за него потратили.

Бородатый человек подошел к птице, но не успел он дотронуться до журавля, как услышал за спиной:

– Стоять! Охотнадзор!

Долговязый охотник тоже опешил, увидев, словно из—под земли появившихся егерей заказника.

***

Птица лежала в салоне патрульного «Уазика» рядом со мной.