Солдат

После строгого выговора, Гриню выкинули из лагеря, разобравшись в ситуации. Надя подтвердила наши с Вадимом слова, что к ней приставали. Отец грозился приехать и поговорить со мной, но до самого закрытия лагеря я его не видел, наверное, были дела. Вот с Вадимом его отец проводил беседу. Он был в звании майора, только жили они не в Сибирском, а где-то рядом с Новосибирском.

В последний день лагеря, я сидел на брусьях с Вадимом. Мы разговаривали с ним о разном. Уже темнело и скоро был отбой. Я спросил у него:

– Куда после школы собираешься?

– В военное училище скорее всего или просто в армию пойду, – сказал Вадим.

– Получается мы вместе туда пойдем? – удивился я.

Вадим тоже повеселел.

– Серьезно? Ты тоже в училище поступать будешь?

– Если я туда не пойду, боюсь, что папа со мной тогда сделает.

– То есть военное училище в Новосибирске?

– А какое еще? Это ближайшее от нас.

– Ты же с Павловска?

– Почти. С Сибирского. Это недалеко.

– А точно, ты же говорил. Я с Павловска.

Я удивился такому стечению обстоятельств. Зато теперь одно знаю точно – Вадим мой друг, мой первый друг, с которым мне хорошо. Из-за постоянных переездов я так и не смог найти компанию, где мне бы было хорошо. За Вадима я решил держаться.

***

Как я уже говорил, военная подготовка у меня началась с самого рождения. Мое будущее было определено с того момента, когда мама узнала пол его будущего ребенка. После лагеря мы никуда не переезжали вот уже два года. В Сибирском у меня появился еще один друг.

Его звали Никита Сабурин, мой одноклассник. Приземистый, коренастый пацан с плоским лицом. Мне очень нравилась его походка – короткие шаги, руки маховыми движениями по обе стороны туловища активно помогали переставлять ноги. Выглядело со стороны довольно забавно. Никиту по походке можно было вычислить из миллиона. Он пришел ко мне в класс по ходу учебного года в марте. Его родители, как и мои, часто переезжали с места на место. Они у него вроде бы тоже были военными. Никита был разговорчивым и первым заговорил со мной. Рассказывал всегда много историй. Моя мама его тоже полюбила. Описывая его, она говорила «живчик».

У нас в Сибирском имелось небольшое озеро. Мы часто ходили туда с Никитой купаться летом. Нашим местом считалась бетонная плита, не понятно как попавшая на берег озера. Она наполовину уходила в воду, а другая половина лежала на берегу так, что образовывала ровную плоскость, где мы кидали свои вещи, а потом загорали.