Солдат

– Проститутка значит? – я посмотрел тяжело на Юлю.

– Каждый зарабатывает как может, – сказала она тихо.

Мне не давали покоя Гринины усы. Он смотрелся достаточно забавно с ними. Кстати, свою форму он с годами растерял. Уже не выглядел таким накаченным и спортивным. Я не хотел лезть в его с Юлей дела, спрашивать, про отношения с законом и так далее. Я просто сидел, выпивал, вспоминал прошлое. После нескольких стопок Юля тоже повеселела и стала более разговорчивой. Про Вадима решил пока не заводить разговор, искал подходящий момент.

Надо было, чтобы Гриня куда-нибудь отлучился. Но он ходил в туалет быстро. Я не успевал даже сформулировать вопрос. Гриня и Юля курили прямо в квартире. Водка окончательно затуманила мне разум. Я решил поговорить о важном для меня при Грине.

– Юля, скажи честно, – начал я, – когда ты встречалась тогда с Вадимом, у тебя был кто-то? Только честно. Мне интересно узнать.

Гриня резко перевел взгляд с меня на нее. Теперь мы вдвоем ожидали от нее ответа.

– Какое сейчас это имеет значение? – спросила она.

– Он любил тебя, а ты даже не пришла провожать его на вокзал.

– Мне жаль, – она заплакала.

Я ожидал другой реакции. Оказалось, вот как.

– То есть был, – подытожил я.

– Мы пару раз переспали и все. Мне Вадим нравился.

– Вот как? А зачем тогда спать с другим?

– Была молодая дура.

Гриня сидел между нами и крутил головой, смотря то на меня, то на нее. Надо отдать ему должное. Он не перебивал нас.

– Как же так, Юля? – я схватился за голову.

 – Мы под пулями бегали, а когда выдавалась свободная минута, Вадим всегда тебя вспоминал. А ты в это время…

Я выпил, стало тепло, лицо потеряло чувствительность.

– Я не знала, что я для него так важна, – плакала Юля.

– А как иначе? Дура ты конченая.

– Ну что мне сделать?

– Ничего. Его уже не вернуть.

Тут вклинился Гриня. Он поднял стопку над столом.

– Царство небесное. Вадим, спи спокойно.

Мы выпили, не чокаясь. Юля пересела ко мне поближе, обняла и продолжила плакать на плечо.

Я начал гладить ее по голове. Странно, думал, что мне мало будет приятно даже говорить с ней. Водка виновата, я слишком расчувствовался.

– Пойду посру, – сказал Гриня и заперся в туалете.

Мы сидели с Юлей все также в обнимку.

– Он простит меня там, как думаешь? – спросила она.

– Не знаю. Думаю да.

– Правда? – она подняла свои заплаканные и пьяные глаза на меня.

– Вадим был правильным, порядочным. Он мог бы стать блестящим офицером.