Первая империя. Книга 1. Том 4. Наследник короны Российской империи

Но круг общения уже не такой, как ранее – учитывай!

И переводя дух, глянул на пришибленного новостью Михалыча – да, и родных вызовешь к себе – это без вопросов! – при этих словах он повеселел и взглянув на меня своими хитрющими глазами, хлопнул ладонью о стол, протянул её мне – была не была, Шура – согласен! – и не размыкая рук, мы хлопнули по чарке вкуснейшей ледяной водки из плодов псевдоманго с Афины…

Буза получилась отменная, и когда ко мне на огонек зашла Лора, её глаза полезли на лоб, когда она увидела в приёмном покое огромный стол, ломящийся от всевозможных блюд, кучу объедков и выпитых бутылок горячительного, две довольных до нельзя жизнью рожи, раскрасневшихся не сколько от алкоголя, а столько от бурного общения! Зная особенности моего организма и способности можердома, она подошла к столу, не дожидаясь приглашения, села за него и подняв руку, щелкнула пальчиками и к ней подлетел услужливый робоофициант…

Так что следующий тост мы пили уже в классическом треугольнике, по всем правилам богатого и душевного русского застолья! А на следующее утро, немного покряхтывая с похмела, все ведь мгновенно вино не погасишь – на это время нужно! Так что голова трещала на полном серьезе и слава богу, за пролетевшее время ничего плохого не произошло!

– Емельянов…гад ты такой! Опоил хмельным зельем невинную девушку и ссильничал! – это под боком проворчала Лариска, держась за чугунную голову…– ну прям таки и невинную? – хихикнул я, за что получил тычок под ребра – ох, твою мать! Больно же, вот я тебя сейчас! – и Лорка, не давая окончить фразу, проскользнула под меня, скрестила ноги за моей спиной и взвизгнув добавила – …ссильничаешь, что ли, пенек старый? – она раззадорила меня и получив моментально – пшик! – в шею, я набросился на нее…

Визжали, хохотали и боролись…пардон, поролись, ещё часа полтора! Потом наши увеселенья прервал Михалыч, пробиравшийся на ощупь в санкабину – гальюн отсека, с грохотом рушилось фиг знает что, Михалыч утробно рычал, как катерпиллерский бульдозер и пер напролом, ориентируясь на специфический запах гальюна! Да и мочевой видать сильно подпер, так что не сантиментов!

Справив нужду, сполоснув руки, он тихонько приоткрыл гермодверь в отсек и тихо позвал меня: – Шура, мне надо лететь к себе, за своими и вещами… – начал было он – родной, ты с утра проблемы создаешь?! Ты что, будучи министром звездного министерского конгломерата двух звездных систем будешь беспокоится о своих драгоценных шмотках? Или о семье? Ну ты даешь! –