Иная Эра: Закат

Постепенно сердце его стало наполняться страхом, а озноб пробежал по рукам, кожа, которая и без того белоснежная, стала прозрачно-синеватой.

– Что это значит? – он тяжело дышал, мысли путались у него в голове, – так ты знала?

– Да, – грустно сказала Лилиан, – после приезда я заехала к отцу, чтобы рассказать о результатах, но он был чрезвычайно встревожен. Государь ходил из угла в угол своей спальни, а матушка все пыталась его успокоить. Король сказал, что нас ждет сложное задание и изложил мне детали.

Вот что тогда увидел в ее глазах эльф: она боялась.

– Почему ты мне раньше не сказала?

– Я не хотела огорчать тебя, да и во время праздника не стоило обсуждать неприятные новости.

Эльф глубоко вздохнул.

– Почему твой отец не сказал мне это лично?

– Он боится и никому не доверяет, выгнал всех придворных и никого не пускает в свою комнату. Я сама с трудом прорвалась в его покои.

Хозяин дома встал с кровати и, подойдя к уже погасшим дровам камина, зажег его вновь, заставив свою руку покрыться пламенем.

– Ну что ж, – вздохнул он, – плохие новости нужно рассказать и всем остальным. Пойду попытаюсь их растолкать.

– Воды! – простонал потрескавшимися от жажды губами Грукхок, – зачем, зачем ты нас разбудил, жестокий и безжалостный начальник? – он уронил тяжелую голову на руки и застонал.

Все сидели за неубранным со вчерашнего дня столом и клевали носом.

– Опять ты нам что-то подмешал в еду, как в прошлый раз с этим твоим экспериментом, Таран? – икнув, сквозь дрему спросил Мартин.

– Не нужно оскорблять невинного человека, тем более, если бы я хотел… по-моему, во всем виновной это пойло из Хасанара, а там у них очень крепкие напитки, – несвязно (из-за зудящей боли в голове) отозвался из другой части комнаты Таран.

– Так… – прорычал Грукхок, – давайте выслушаем, что нам хочет сказать наш друг, – одним махом выпивая очередной стакан воды.

– Ну что ж, друзья, вынужден прервать праздник. Я получил известие о следующем нашем задании.

За этой фразой последовали изумленные взгляды друзей, в их глазах промелькнул страх. Грукхок громко выругался.

– Но ведь это же верная смерть! Неужели они не понимают, что мы не выберемся оттуда.