Ночной Хозяин. Воля и Сталь

Оттавио проводил свободное время в низкопробных кабаках, в кампании найтов, райхснайтов, нищих поэтов, художников, младших и побочных детей прелатов и мелких дворян. Все эти люди были беднее монастырских мышей, жили с клинка или оказывая услуги вышестоящим дворянам. Были они грубы, необузданны и горды, как иберийские гранды. Некоторым из них повезло, как, например, Оттавио, получить службу за регулярное жалование, но это были единицы.

Конрад гер Хейн принадлежал так называемому высшему обществу, был вхож в Серебряный Замок[56 - Серебряный замок – имераторская резиденция] (11) в Гросс-Экберт, водил знакомство с главами родов, графами, герцогами, прелатами и высшими имперскими чиновниками.

Тем удивительнее было, когда через две недели после окончания предварительного следствия Оттавио был приглашен в дом судьи Хейна:

«Обсудить некоторые подробности недавнего дела в частном порядке».

Надев свой самый лучший костюм, Оттавио явился в назначенное время в жилище судьи и был препровожден раздувшимся от важности лакеем, снаряженным в золоченую ливрею, к месту беседы. По правде говоря, лакей фогта был одет много богаче, чем сам ар Стрегон.

Здание, которое судья в своем письменном приглашении поименовал «моим скромных жилищем», хорошо, что не хижиной, оказалось двухэтажным дворцом, стоящим в глубине небольшого дикого парка.

Оттавио никогда раньше не был внутри, хотя неоднократно, конечно, проходил мимо этого места. Теперь он с любопытством оглядывался, следуя за широкой золоченой спиной вышагивающего по гравийной дорожке служителя. Ливрея слуги была украшена черной волчьей головой – семейным тавром Хейнов. Голова укоризненно смотрела на Оттавио алыми глазами, будто спрашивая:

– «И за какие такие грехи меня отрубили от семейного герба и перевели с боевого баннера на спину этого ничтожества?»

– «Терпи, брат, – мысленно отвечал коронер, – жизнь несправедлива».

Лакей свернул в сторону от дворца и привел ар Стрегона к дверям небольшого паркового павильона, у которого из трубы над крышей валил черный угольный дым.

Оттавио настолько незначительная персона, что его даже в дом пригласить не удосужились? Против воли он начал злиться. Оттавио был горд и с трудом переносил мелкие унижения, которые часто доставались человеку его положения от вышестоящих особ.