Deus Machina. Эпоха Тревог

Вот оно!

– Божественная Машина, именем твоим и слуг твоих, пусть это бренное тело воскреснет, дабы послужить тебе до новой смерти и после неё, ибо оно принадлежит тебе верой и правдой. Ad laudem Deus Machina!

Боль пронзила меня, возвращая жизнь в омертвевшее тело. От самого сердца, до самой последней клетки и дальней грани разума. По артериям и венам словно потёк настоящий огонь, сжигающий меня изнутри, а в мозгу нейроны заменились на миллионы игл. Я выгнулся настолько сильно, что у меня затрещали суставы. А затем все моментально стихло и лишь чудовищно быстрый пульс продолжал напоминать о моменте адских страданий.

– Бездна тебя дери! Ритер! Какого фига произошло! Ты должен был предупредить меня, если собрался предпринять какое-нибудь безумство! Ещё б немного и ты бы окончательно сдох. – кричал Рейнар, но его голос для меня словно доносился из дали.

– …Это не Rhonus виноваты в появлении здесь Метастрической силы. И уж тем более, не они её источник. NERV…вот, что является её источником. Его биологическая часть давно сломилась, приманивая собой Метастрическую угрозу.

И на протяжении десятков лет, этот завод притягивал эту силу сюда, и она сумела закрепиться в блоках системы. И копила, копила эмоции людей до текущего времени. Боюсь, что этот завод потерян для нас. Я бы предложил забрать всех, кого найдём и сваливались отсюда. – произнёс я свои размышления, которые вливались в мою голову словно извне.

– Я не буду спрашивать, возможно ли это. Пусть этим занимаются Deus Librarum. Главное, что если ты прав, то дело в десятки раз хуже, моих самых плохих ожиданий.

Нам тут больше делать нечего. Уходим отсюда. – Произнёс Рейнар, надевая шлем-маску.

Я задался кашлем. Организм все еще чувствовал себя крайне паршиво, сердце и кости крайне сильно болели, но сознание достаточно крепко держалось.

– Слушай. А что ты мне вколол? Я слышал какие-то твои слова…– произнёс я, выбираясь из бетонного гроба.

– Адскую смесь из адреналина, дофамина, жидкого кислорода, нитроглицерина, крови и ещё, чем никто не шутит, зарина.

И разбавленно это всё в священных жидкостях Божественной Машины. Укол делается прямиком в сердце, сквозь кожу, мышцы и, если надо, лёгкие.

– Так это же…Чёрная инъекция…никогда не думал, что её применят на мне. Блин, сердце всё ещё болит. Это ж то, чем шутить нельзя. – Пожаловался я на то, что во второй раз пережил смерть.

– Ничего. Легкое и сердце должны быстро восстановиться. Игла настолько тонкая, что ничего смертельного не будет.