Вспоминания

По этому, пусть воспоминания моего детства станут доступны не только для моих детей и племянников и возможно их детей, но и для всех тех, кому это, по какой-либо причине, станет интересно.

В то же самое время, пожалуйста учитывайте, что события, лёгшие в основу этих рассказов писались спустя три десятилетия, и в определённой степени, они адаптированы к сегодняшним реалиям.

Чужие желания

Страсти искоренить и вкоренить добрые расположения…

Тем глубже мнения их вкореняются в ум, и тем сильнее их заблуждения…

Святитель Феофан Затворник, Слово на Преображение Господне, 1863

Приехали мы в город Ковров поездом, часов около семи вечера.

Я тогда уже знал, что остановимся сначала у младшей сестры деда, которую звали баба Лена. Но где она живёт даже близко не представлял, что кроме как «возле городской бани». И то, всё со слов деда.

Идём по улице вдоль небольших домиков и тут они меня притормаживают, и мама говорит, – во-о-он, дом, мы немного поотстанем, а ты подбеги к дому и в окошко постучись.

Стучи громко! Сюрприз устроим!

Я, конечно, обрадовался – сюрприз же! Ведь это здорово! И что показательно, мне бы насторожиться, глядя на деда, на его характерное выражение лица, когда он, пряча улыбку, поглядывает на меня в момент очередной моей безмозглости. И его шуткования – сейчас, мол, будет на дурака потеха, да урок – «скоромошья розвлячение».

И вот, словно меня из пушки выстрелили, несусь со всей своей дури, не смотря на тяжёлую сумку через плечо, не задумываясь ни на мгновение, а чего это я несусь и, если уже побежал, то как бы это правильно сделать – то, в окно постучать.

Знаю твёрдо – надо побыстрее подбежать и, посильнее, со всей мочи, начать лупить в окно, но так, чтобы не разбить.

Подбегаю я к окошку, заношу руку, чтобы стучать, а у окошка, с обратной его стороны, сидит бабушка, задумавшись крепко о чём-то, да так, что и не замечает меня совсем, смотрит сквозь.

Я, вроде бы, и понимаю, осознаю, что стучать-то мне и не требуется, надо лишь помахать рукой и привлечь её внимание. Но, что за штука, я глядя удивлённо на неё, тем не менее, начинаю стучать в окно что есть силы, да так, что аж костяшкам пальцев больно становится. И остановиться, что удивительнее всего, не могу. И от этого ещё сильнее удивляюсь – чего это я остановиться-то, не могу и почему я так сильно в окно колочу, что аж руке больно.