Тайна Цирка

Но в кино, пусть даже и про одиночество, всё равно ты по другую сторону экрана, а тут…

А тут всё было по-настоящему, словно Димка и Еремеева переживали ужас и грусть вместе с крошкой тигрёнком.

Так одиноко бывает в конце марта последней снежинке, так одиноко бывает маленькой рыбке, заплывшей в пустую раковину. Так одиноко бывает, когда вдруг понимаешь, что никому, совсем-совсем никому ты не нужен и тебе всегда будет холодно.

Еремеева плакала, тянулась к тигрёнку, чтобы приласкать, даже Димка хлюпал носом и тоже хотел взять тигрёнка на руки, прижать к себе.

Но ничего не получалось: когда они двигались вперёд на шаг, ровно на шаг отодвигалась вся картинка, и от этого плакать хотелось ещё больше! Потому что когда видишь чужое горе, становится горько, а когда горю помочь не можешь, то ещё горше.

Но вдруг бабочки шевельнули разноцветными крыльями и к тигрёнку подошёл большой человек, присел рядом и, положив ему на ещё маленькую голову большую руку, сказал:

– Не бойся, малыш, ты уже не один.

А потом произошло ещё кое-что: бабочки шевельнулись так причудливо, что вместо фигур тигрёнка и человека стали видны холодное, изумрудное и бездонное одиночество и тёплая, переливчатая, как голубиное горлышко, забота. И эта разноцветная и мягкая забота стала бездонное одиночество наполнять движением, красками, и в одиночестве что-то шевельнулось – как птица шевелится в утре.

Димка не заметил, что держит ладонь Еремеевой, а щекам его горячо и влажно.

Бабочки между тем снова взмахнули крыльями, и одиночество и забота исчезли, превратившись в одну золотистую и переливчатую любовь.

А потом опять вспорхнули, и из этой любви вдруг соткалась и растянулась другая картина.

Димка об руку с Еремеевой оказался на арене цирка! Разноцветные прожекторы[13 - Прожектор – прибор, создающий и направляющий поток сильного света.] накрест чертили воздух, ахали зрители, оркестр[14 - Оркестр – группа музыкантов, исполняющих музыкальное произведение на различных инструментах.] играл так, словно какой-то великан горстями разбрасывал медные звуки, а вокруг арены нёсся могучий молодой тигр, стремительный и счастливый!

Он прыгал, он взлетал и пританцовывал, высокий человек кричал ему: «Алле, алле, Мартин!» – и счастлив был вместе с ним! И счастливы были зрители от того, что на арене видели столько дружбы и радости сразу!

– Это же ты, Мартин! – закричал Димка.

 – Это же мы раскрыли твою тайну!

– Какая же она у тебя чудесная! – воскликнула Еремеева.