Торговец иллюзиями

Щурясь от солнца, мужчина с улыбкой смотрел на яркие пятна роз и астр, цветущих за высоким забором печального черного цвета, и на белевшую среди деревьев беседку, увитую плетями дикого винограда.

Заметив впереди очередную развилку, путник перешел на другую сторону улицы и свернул налево.

В то время как жители этого тихого предместья просыпались, неспешно потягиваясь под своими одеялами, человек, пришедший из Шанвьери, плутал по лабиринту узких улиц незнакомого города. Петухи из Марэ перестали перекликаться с петухами из Бьен-Флери, когда путник остановился на углу улицы рядом с небольшой тумбой, предназначавшейся для караульного, опустил оглоблю своей тележки и задумчивым взглядом окинул поочередно три улицы, сходившиеся вместе в виде буквы Y.

– И что это за чертовщина? Насколько я разглядел сверху, мы должны были выйти к мосту! – недовольно пробубнил странник, оборачиваясь кругом и поглядывая на своего ворона.

Взявшись за оглоблю и потянув телегу в сторону правого рога буквы Y, мужчина запрокинул голову назад и принюхался.

– Все просто, друг мой. Я знаю, как нам найти рынок! – сказал он ворону и уверенными шагами направился вперед.

В день празднества в городе устраивалась большая ярмарка, на которую с самого раннего утра съезжались торговцы, фокусники и бездельники самых разных родов в поисках удачи. Поэтому, втянув в себя воздух душного Порта Д’Омбр, человек из Шанвьери избрал правильный путь, ибо в этот день рыночную площадь, ставшую центром гуляний, можно было без труда отыскать по запаху жареного мяса, луковых и капустных пирогов, травяных настоек, вина, пряных трав, сыров и, конечно же, по едва уловимому, тонкому аромату легкой наживы.

В последние полвека Порт Д’Омбр стремительно разрастался, поэтому городскими властями было принято мудрое решение – не переносить городские стены и оставить предместья без защиты. Именно по этой причине все проходимцы, потоком хлынувшие в город, могли попасть в него без препятствий и проверки документов. Стоило пройти через предместье Марэ, пересечь по одному из мостов небольшую речку, протекавшую среди города, и они оказывались в квартале городского рынка, где могли приступить к своему обычному ремеслу.

Лавочки, обычно открывавшиеся в Порт Д’Омбр не раньше полудня, уже манили распахнутыми дверьми. Сапожник, стоявший на грязном деревянном табурете, приколачивал к козырьку, который высился над лестницей, ведущей в его мастерскую, ботинок нового покроя, но изношенный почти до дыр.