Закат христианства и торжество Христа

Религия облегчает жизнь, она делает легким и радостным то, что без нее – ужас бытия. Вера придает жизни новое измерение и новую прелесть, которая может оказаться лирическим очарованием, а может – стремлением к суровости и героизму.

Религия – освобождение от зла мира путем приобщения к высшей силе.

Еще мудрый Аристокл заметил, что мало таких убежденных атеистов, которые в тяжкую годину не были готовы признать божественное провидение. Перед смертью запоздалое религиозное чувство посещает даже самых яростных богоотступников, таких как Дидро, Вольтер, Бодлер.

Как атеисты в час предсмертный свой

Трепещут перед тайной роковой…

Религия не делает человека счастливее, нравственнее или сильнее – она делает его защищеннее и богаче. Не умаляя самоценность человека, не ограничивая его антропоцентричность, она, в отличие от науки, не посягает на его место в мире: не отбирает у него сначала центральное место в мироздании (Н. Коперник), затем божественное происхождение (Ч. Дарвин) и, наконец, свободу выражения собственного «Я» (З.

Наряду с реальностью вещей существует высшая человеческая реальность – наш внутренний мир. Это самая непосредственная реальность. «Кошмар, – писал Ф. К. С. Шиллер, – обладает высшей реальностью, и он не станет менее тягостным от того, что мы найдем его причину».

Угасает человечность, угасает религия. Происходит возрождение человеческого, возрождается вера.

В начале XIX века Сёрен Киркегор предсказал, к чему приведет рост атеизма: к страхам, бесплодным фантазиям и утопиям, а также к утрате человечности.

В мире, где всегда «недостает света и милости Божьей», отказ от внутреннего Бога ведет к еще большему их дефициту – к бездне нищеты, бесправия и корысти.

Если хотите, центральная функция религии – поддержка человечности, регуляция духовности, равновесия идей и мотивов.

Все великие религии содержат в себе гуманистические моменты, способствующие творческой активности и самосовершенствованию человека. Все они объединяются именно гуманистической ориентацией.

Гений христианства заключается в остром чувстве приоритета персонального человеческого начала.

Нет ни одного человека без религиозной потребности, то есть без потребности поклоняться высшему. Просто предмет поклонения у каждого разный.

Личностный Бог – источник духовного богатства Человека.