Бецкой и его государыня-дочь. Тайны царской династии в исторических романах

Конечно, финны с шестнадцатого века под властью шведов, конечно, Финляндия не Швеция, а Великое герцогство Финляндское, но тоже ведь на кого нарвёшься. Может статься укроют, а может, и властям сдадут.

Бутурлин неожиданно сказал:

– Кстати, в Швеции, как я слышал, принята осенняя глухариная охота. Показалось мне, когда шли сюда, будто глухарь пролетел вон туда, в сосновый бор.

– Так охотится то надо, когда токует, – отозвался Трубецкой. – Сейчас и не подойдёшь. Да и собака нужна.

– И без собак охотятся. Словом, пойду, поброжу.

Никто и не возражал. Оголодали так, что и чувство опасности притупилось. Впрочем, ни Трубецкой, ни Вейде не верили в то, что Бутурлин отыщет глухаря. Да и не так просто свалить птицу из ружья того времени, особенно если она успеет взлететь.

Долго ли коротко ли отсутствовал Бутурлин, только прогремел выстрел, а вскоре он и сам появился:

– Ну повезло так повезло, – заявил с порога, – правда, сам чуть не погиб. На стадо кабанов вышел. Ну и пальнул в кабанчика небольшого.

Кабанчик – не глухарь. Разделывать труднее, а уж готовить в спартанских условиях, тем паче. Но, голод не тётка.

Пошарили в сарае, нашли топор, старый, с зазубринами, видно, оставленный хозяевами так, про запас.

Долго возились с добычей, но всё же к вечеру сумели приготовить себе что-то типа шашлыка. Уже стемнело, когда повеселевшие, сели у костра поговорить о дальнейших планах.

Эту ночь решили провести в сарае. Отдых был нужен.

Ночью вызвездило небо. Уходила непогода, мороз постепенно готовил ей смену. Он наступал без резких перепадов, но наступал.

Костёр с наступлением темноты погасили. Это в дождь со снегом да туман ещё можно было рискнуть, а в ясную погоду ночью издалека огонёк будет видно. С чердака следили за посёлком, что на берегу залива. Видно, был то большой рыбачий посёлок.

– Ну что ж, настала пора подумать, что дальше? – спросил Бутурлин. – Сможем залив-то по льду одолеть? Там ведь ни перелеска, ни сарайчика не найти. А ширина какова? – повернулся он к Трубецкому.

– Не помню точно, но в самой узкой части – верст семьдесят.

– Семьдесят вёрст!? Это сколько ж идти то? И без отдыха, – сказал Вейде. – Сможем ли? На льду и замёрзнем.

– Да и заблудиться можно. Как направление определить? – спросил Бутурлин.