Действительность. Том 1

И целокупного воздействия, этого внутреннего баланса предмета, на нас, как на наблюдателей.

Это понять сложно, пока не начинаешь осознавать, что все, что тебя окружает, всё лишь – суть синтезированное воплощение времени, и пространства. Их синтетическое единство, в собственном противостоянии. Ибо, как мир в целом, так и всякий ощущаемый нами объект, есть воплощённое синтетическое противостояние времени, и пространства, (воплощённое в реальность), и противостояние хаоса, и упорядоченности, (как воплощения действительности).

И этот синтез, материализовавшийся в некие твёрдые, и жидкие субстанции для нашего восприятия, знаменует собой, всю принципиальную воззренческую парадигму действительности, и её макрокинеза. Которая гласит: В мире – не существует ничего – фундаментально действительного,ибо, нет ничего – окончательно сущего. И только противостояние, взаимодействие, и соотношение, выступают, как объективные причины действительно существующего. Лишь потенциальная война, выступает гарантом объективного существования.

Вещь в себе

Самая трансцендентальная тайна, манящая своей бездонностью, потусторонностью, своей тёмностью, и недосягаемостью. Нам так хочется найти последнюю инстанцию, самую первую, и самую последнюю суть мироздания! И в этом стремлении, готовы отделять субстанцию, – от её формы, сущность – от нашего представления, материю, от вещи. Как далеко на этом поприще, может зайти наше трансцендентальное осмысление природы бытия?

Древние, смотрели на это, несколько иначе.

Теперешние мудрецы, стараются наделить этот предмет воззрения, некоей конкретикой, диалектически отделив от вещи, её проявления. А попросту сказать, отделив от явления, её сокровенную, независимую субстанциональность.Придав этой субстанциональности, мистически сакральный образ, и обозначив понятием, «вещь в себе».

Здесь, проявляется та же особенность нашего разумения, о которой я уже не раз упоминал. Мы, следуя линейной, пространственно-временной парадигме, как доминирующей векторности нашего разумения, а также свойственной нам, вивисекции, как единственно возможной, для удовлетворения, форме собственного разумения, разделяем то, что не раздельно, что не может быть, отдельно.