Летопись Килийщины. Края обетованные

В гарем отбиралось строгое количество брюнеток и блондинок, ценилась славянская внешность.

Обращали внимание больше на бедра и талию, в то время как рост и размер груди имели второстепенное значение. Но важна была не только внешность – всегда приветствовалось наличие меткого ума. После того, как девушке удавалось получить место в гареме, ее ждал двухлетний общеобразовательный курс: негоже было ходить к султану неподготовленной. Одалиски учили языки, Коран, литературу, много танцевали, играли на музыкальных инструментах, слагали стихотворения и даже умели набивать султанскую трубку.

Так же они овладевали искусством соблазнения и познавали тонкости интимной гимнастики. Это был специальный танец-стриптиз и вумбилдинг – тренировка мышц влагалища.

В те времена косметика была только натурального происхождения и очень дорого стоила.

А еще были налажены поставки особой глины, трав, хны, роз и гвоздик. Что уж говорить о корице, лимонах, сурьме и тоннах золотых и серебряных украшений. Кстати, масло турецкой розы до сих пор используется в элитной косметике. Впрочем, всего этого было недостаточно: можно было прожить в гареме всю жизнь, но так ни разу и не попасть к султану – ведь перед ним ежедневно красовались сотни великолепных девушек.

Поэтому интриги и конкуренцию никто не отменял.

И если султан девушку замечал, ее ждал «Золотой путь» – дорога от общей спальни до вожделенных покоев правителя.

Особенно талантливые девушки завоевывали внимание султана на долгие годы, порой превращая его в зависимого человека. Наверняка тебе известны истории, когда фаворитки не только ублажали правителя, но и вершили от его имени государственные дела.

Яркий пример – Хюррем Хасеки-султан, известная в Европе, как Роксолана. Многие считают гаремы своеобразной необходимостью образа восточной жизни.

Мужчины, дескать, брали в гарем женщин, чтобы заботиться о них. Может быть, изначально все так и было – но только не во времена расцвета Османской империи.

Императорский гарем при дворце Топкапы насчитывал две тысячи порабощенных женщин. Некоторые из них никогда не видели окружающего мира.