Эсхато. Бешеные

– Ты сможешь идти, пап? Пожалуйста, нужно торопиться…

Он поднял голову, посмотрел на перевязанную руку, затем на труп волка, возле которого он лежал, и словно только сейчас понял, что с ним произошло. Будто бы он очнулся от ужасного сна, настигнувшего его внезапно, как гром среди ясного неба. Он посмотрел на Сашу, глаза его расширились от ужаса.

– Ты цела? – Спросил он. – Тебя не ранили?

– Со мной все хорошо, я смогла убить одного из них, случайно.

Алексей заметил, как дочь оглянулась на еще один труп волка.

– Если бы только я была чуть быстрее, – начала Саша, не сводя взгляда с отца, – если бы не испугалась как дура сразу…

Алексей посмотрел на дочь и увидел в ней собственное разочарование. Возможно так оно и было бы, как говорит Саша, перестав он ограждать ее от всех сложностей современного мира. Эта рана – его ошибка, и только его.

– Дочка, ты молодец, ты просто…

Он стиснул зубы и сощурил глаза. Внезапная боль пронзила его правую руку. Он попытался схватиться за рану другой рукой, но Саша остановила его.

– Не надо.

Алексей покивал головой, не сводя глаз с дочери. Его лицо покрылось потом, и крупные капли текли со лба, собираясь возле губ.

– Да, да, ты права.

Он попытался встать, кряхтя и постанывая. Только сейчас он начал чувствовать всю невыносимую боль раны. Саша помогла отцу встать, придерживая его за плечо. Она молилась только об одном – как можно скорее добраться до деревни, где есть человек, способный помочь. Первый раз в жизни она ощутила это невыносимое и ужасное чувство – возможность потерять своего отца.

Кровь уже просачивалась из под самодельного жгута и тяжелыми каплями падала на листву.

Саша помогла отцу прислониться к дереву, чтобы тот не упал, пока она наскоро собирала вещи, выброшенные ею несколько минут назад. Тяжелое дыхание Алексея, его шипение сквозь зубы заставили ее панически ускорится.

– Вернемся за ними потом, пошли, – сказала она Алексею.

На улице тем временем постепенно сгущалась тьма.

Лучи солнца исчезали за горизонтом, покидая эти леса до завтрашнего утра. Снег прекратился, ему на смену пришел легкий и прохладный ветер, который слегка шевелил листву у них под ногами. До деревни было полчаса пути, и Саше казалось, что эти полчаса будут неимоверно долгими, самыми долгими в ее жизни.

– Пап, говори со мной.

Молчание.

Он снова впал в забытье. Повис на ней почти всем телом и бормотал что-то неразборчивое.