Дети Антарктиды. Лёд и волны

 – Я не хочу знать причин, по которым вы больше не собиратель, ни чего-либо ещё. Мне достаточно лишь того, что вы – сын вашего отца, лучшего собирателя времён Адаптации.

«Я не мой отец», – так и хотелось произнести Матвею, но он сдержался, решив выслушать предложение прогрессиста до конца.

– Послушайте, всё, чего я хочу, – это вернуть мою дочь, – произнёс тот. – И за вашу помощь я готов щедро заплатить.

– Нам не нужны ваши ватты, – отрезал Матвей, обернувшись к прогрессисту через плечо, – наши панели и ветряки производят достаточно энергии.

– Тогда что вам нужно? – не сдаваясь, хоть и не так резво, как прежде, спросил Вадим Георгиевич.

– Еда, много еды. – Он повернулся к прогрессисту лицом. – На днях у нас произошёл пожар на складе и вся провизия на предстоящую зиму сгорела.

Вадим Георгиевич задумчиво потёр свою седую бороду. На это обратила внимание Надя и, подойдя к нему, запротестовала:

– Начальник, только не говорите, что вы серьёзно обдумываете это.

– Не мешай, – шикнул он на неё.

Здесь впервые ожил Домкрат. Он слегка ударил по столу, привлекая внимание Нади, и стал жестикулировать руками. Выражение его лица при этом постоянно менялось: вот он вопросительно сдвинул брови, вот их поднял, широко раскрыв глаза.

Девушка ответила ему жестами, при этом бормоча про себя:

– Он пытается договориться с ними, заплатить едой, а не ваттами.

«Увидев» ответ напарницы, Домкрат резко вскочил с места и коснулся плеча Вадима Георгиевича. Затем помотал головой, тем самым присоединившись к протесту Нади.

– Не вам решать, понятно? Не вам! – грозно зашипел на подчинённых Вадим Георгиевич, осадив их властным взглядом.

– У нас нет скатерти-самобранки! Мы и сами… – начала Надя.

– Это моя дочь, ясно тебе?! И твоя подруга, между прочим!

Надя поджала губы и сердито выдохнула, раздув ноздри, после снова села на стол, отвернувшись к стене.

– Разделим плату, тридцать процентов еды, остальное – ватты, – предложил Вадим Георгиевич.

– Нет, – твёрдо ответил Матвей, не потратив даже секунды на размышления. – Только еда, никаких ватт.

– Да ты с ума сошёл! – возразил Вадим Георгиевич, незаметно перейдя на «ты».