Мы нашли Мессию…

Когда парень покидал местное отделение, он просто ликовал! Даже брошюры, которые он спрятал в носки, не нашли. Милиционеры проверили только карманы. Теперь у Реувена была вся необходимая информация, и парень предполагал, что бумаг, которые он привез с собой из дома, будет достаточно. Он заранее сделал фотографии всех документов и распечатал их. Сегодня Реувен узнал, что оригиналы нужны будут только при официальном собеседовании. А это значит, что заявление на репатриацию он сможет подать, не уезжая из Москвы.

Оригиналы документов семьи Реувен взял с собой, не сообщив об этом родителям.

Он предполагал, что они могут «встать на дыбы» и не дать. В их семье документы доставали только по необходимости, и он надеялся, что дома не заметят пропажи до его возвращения. Именно поэтому парень сфотографировал их, чтобы не утерять в случае ареста. Реувен узнал, что в посольстве стоит копировальный аппарат, но боялся, что милиционеры могут забрать оригиналы документов, когда он выйдет из ворот. А теперь парень пожалел, что не взял фотографии с собой, потому что тогда можно было бы заполнить анкету сразу, в первое же посещение.

Шагая по улицам Москвы, Реувен улыбался. Он чувствовал себя победителем. Информация не только для его семьи, но и для друзей сейчас находилась у него. Сотрудница посольства была настолько мила и доброжелательна, что даже дала ему с собой копию пустой анкеты, хотя по правилам не должна была этого делать. Но она хорошо знала, как трудно людям пробиться в посольство, чтобы заполнить анкету там.

До отъезда из дома Реувен взял у друга адрес одного из молодых активистов движения в Москве. Сейчас, победно шагая по тротуару, он искал телефонный аппарат и рылся в кармане в поисках двухкопеечной монеты.

По телефону молодые люди по правилам сообщества ничего не обсуждали, поэтому Реувен только представился, сообщил откуда приехал и сказал, что у него есть информация. На том конце провода сообщили, где ребята могут встретиться. Снова пригодилась карта метрополитена, и скоро он выходил из подземки на станции, которую ему назвали по телефону.

Реувен был рад, что парень по телефону сказал, что встретит на выходе. Когда он вышел из метро, то только начал оглядываться, как к нему подошел русоволосый молодой человек славянской внешности.

– Ты мог бы про синюю рубаху и не говорить, – вместо приветствия произнес он – твое лицо как израильский флаг, ни с чем не перепутаешь.

– А о тебе я этого бы никогда не сказал. Я – Реувен.