Сборник повестей «Мирдорог». Книга I. Леший. Пролог и первый том

Из отличительных черт, наверное, можно было назвать только шрам, идущий через левый газ и заканчивающийся у рта, и добродушный, почти детский взгляд.

Одет он был в бирюзовый жупан, обвязанный белым поясом, сапоги и синюю шапку с белым окружным вывертом, разрезанным посередине, левая часть которого была отогнута, а правая стояла и держала синюю брошь, в которую вставлены три орлиных пера, смотрящие на тридцать, шестьдесят и девяносто градусов[9 - Дворяне Рэвинстерна подчеркивали свой статус при помощи меховых шапок, которые делались специально длиннее, чтобы разрезать лишнее и выворачивать (а иногда и просто выворачивать) так, что получается с боков два слоя материала.

– Так ты, верно, от Вита? Что же раньше молчал? Ну-ка, выйди на свет, дай-ка тебя разглядеть. О, вас там, в аббатстве, верно, голодом морят! Ну ничего, откормим! Игнац, вели кухаркам на стол накрывать.

Матиаш представился, сказал, что прибыл от своего протектора с поручением и передал ему сверток. Анджей был очень удивлен, когда услышал, что передавал монаху какой-то предмет и поспешил раскрыть содержимое посылки, как только получил её в руки.

А в тартановом платке оказалось две вещи – деревяшка и письмо. Боярин начал читать его и через минуты две убрал в карман вместе с отрезом ткани, отбросив второй предмет на пол.

– Прошу к столу! – сказал он.

Вместе с панной они спустились в главный зал, где была приготовлена трапеза. Провинциальный рацион, представленный здесь, включал в себя трех гусей с яблоками, трех-с гречкой, двух запеченных уток, хлеба (видов пяти, или шести), булки с маком, с сахаром, пирожки с луком, с яйцом, с луком и яйцом, с вареньем, с маслом… (всего двадцать два вида), отдельно варенье, вареные яйца, колбасы из оленины, из телятины, из куриц, соленья (огурцы, помидоры и грибы), вареная картошка, квас, медовуха, вино и кедровая настойка (я не хочу и не пытаюсь рекламировать спиртные напитки).

Матиаш, который до этого питался в основном кашами и редко мясом, как бы не пытался удержать себя, буквально набросился на все, что попадалось под руку. Боярыня со спокойствием принялась за еду. Муж же её ни к чему не притронулся и сидел, как контуженый.