Симбионт

Леха, подойдя к калитке распашных ворот, достал из сумки большой ключ и вставил его в замочную скважину заржавевшего замка.

Замок спал, и дверь со скрипом открылась внутрь.

– Сколько этому гаражу лет? – Влад провёл пальцем по нагретому металлу.

– Хрен его знает. Стар как мир. Достался мне по дешевке. Я купил его, чтобы хранить здесь мою ласточку, когда уезжаю. Приору.

– Тебе правда несложно меня подвезти?

– Спрашиваешь еще! Конечно подвезу! Мы ведь теперь друзья, так?

А становились ли мы с ним друзьями? Не помню, конечно, а, впрочем, какая к черту разница?

– Скорее всего…

– «Скорее всего» или да? – Леха раскрыл ворота изнутри нараспашку и подошел к накрытой машине.

– Да, друзья. – Заключил Влад.

– Давай садись, – махнул Леха рукой и вылез наружу, чтобы закрыть гараж. – Я сейчас только закрою ворота и погоним!

Влад сел в салон. Он прижался к окну и задумался. Рука вмиг онемела.

Черт! Да что с ней не так!? Вот приеду к деду, первым делом разберусь в этой проблеме! Главное, чтобы проблема была не серьезная.

26

Поставив стул напротив валяющейся туши, Димитрий набрал номер дочери и приложил к уху. За окном уже было светло. Прошлая целая ночь после небольшой разборки в коридоре, где сын пал от руки отца истязателя. И он продолжал валяться. Живой, конечно. Только был подостлан мамой, которая не выдержала и взялась за перекись с рулоном ваты.

Пнув руку сынка, Димитрий позвонил дочери еще раз.

Со второй попытки получилось. Тогда Димитрий покрепче обхватил трубку и сильнее прижал к уху.

– Привет, дочка! Как твои дела?

– Нормально, – ответила она. – У бабушки спала температура. Извини, что не ответила сразу. Я давала ей лекарство.

– Когда ты вернешься? Нам тебя… точнее, мне тебя не хватает.

– Я не хочу возвращаться сейчас.

– Хочешь остаться с моей матерью? – Димитрий стал беспокоится.

– Пусть температура и спала, но к вечеру она может подняться. Я просто не могу оставить ее одну, зная, что у нее все еще есть кашель и насморк.

– Скажи ей, пусть поправляется, – Димитрий ухмыльнулся, чувствуя, как набухает его дружок. – Я уже заждался тебя, Оленька.

– Я тоже хочу с тобой увидится. Честно. Но пока бабушка не выздоровеет, в Самару – ни ногой.

– Я тебя услышал. Пока.