Помощник шерифа по иным делам

Да и вряд ли бы я устоял перед воздействием суккубы. Против них и опытные то маги в одиночку не выходят. Уж слишком сильное у них ментальное внушение, – собравшись с мыслями, начал я.

– Логично. Ещё варианты? – Фрэнк продолжал смотреть в окно, как будто пытаясь там что-то разглядеть. Что-то, видимое только ему…

– Ведьма. Вот они активно пользуются слугами. Но… для ведьмы и обычного револьвера хватило бы, чтобы упокоить, при попадании в голову. Да и слуги уж больно странные. Ещё про демонессу думал, – не дожидаясь его вопроса, продолжил я, – Но о демоническом прорыве власти города сразу узнали бы, да и чтобы демон появился днём?? Это что-то нереальное.

– А у меня, к сожалению, есть. И лучше бы мне было ошибиться… – тихо прошептал он, но в стоявшей полной тишине я отчётливо его расслышал. Он замолчал, как будто не решаясь озвучивать свою версию.

– Что ты знаешь о высших вампирах? – наконец тихо, почти шёпотом, спросил он, прервав затянувшееся молчание.

– Это же сказки? – озадаченно посмотрел я на него. Шутит что ли? Всем же известно, что вампиров не существует. Здешняя легенда о появлении вампиров совпадала с известной мне по-старому миру легендой о графе Дракуле почти полностью, за исключением незначительных, на мой взгляд, нюансов.

– Ну а всё же? – не отставал от меня Фрэнк.

– Да то же, что и все, наверное, – пожал я плечами, – Мифические существа. В первый раз упоминаются в легенде о графе Дракуле, Владе Цепеш. Не любят солнце, серебро и чеснок. Пьют кровь людей. Могут обращать людей в себе подобных. Не способны проникать в жилища людей без приглашения. Умеют обращаться в летучих мышей и туман. Так, что ещё? Обладают большой физической силой и клыками. Вроде, всё. Только, какая разница, что я о них знаю? Их же нет в бестиарии.

– Ясно. Представления чем отличаются высшие вампиры от просто вампиров ты не имеешь. Да и вообще, знаешь только те слухи, которые они сами о себе распускают. Ещё удивительно, как ты не приплёл какие-нибудь сцены из бульварных романов, – Фрэнк наконец отошёл от окна, повертел в руке потухшую сигару, на её кончике вдруг заиграло пламя, и он закурил.