Жатва III. Архангел

– Вы приходили узнать, как продвигается расследование вчерашнего ДТП, в которое вы попали? – она спрятала голопорт.

– Не совсем… – Айени одарил девицу прищуром красных глаз.

– Я бы на вашем месте узнала, – она внезапно улыбнулась, и у меня по спине побежали мурашки.

Не улыбка, а оскал какой-то. И вроде ничего страшного в ее наружности я не заметила. Молодая хранительница с пухлыми губами и высокими скулами, но эта ее улыбка… И очки на пол-лица…

– Вы хотите с нами поговорить? – напрямую спросил Айени.

– К вам у меня всего два вопроса, – она перестала улыбаться и мне, если честно, полегчало. – Доктор Соммервиль, палач, который на вас напал в операционной, он был высокий или среднего роста?

Я оторопела. Откуда она знает…

– Это простой вопрос, – архиерей склонила голову на бок, изображая скуку.

– Вы… – промямлила я.

– Высокий или среднего роста? – повторила она.

– Среднего роста. Чуть выше меня.

– Поняла, – она кивнула. – И второй вопрос: она достала из другого кармана телефон и показала мне фотографию мужчины в костюме охранника.

Я наклонилась, чтобы лучше рассмотреть изображение.

– Вроде бы, нет, – снова взглянула на нее.

– Уверены?

– Да.

– Ясно, – она спрятала телефон в карман, – благодарю за сотрудничество, – и отклеилась от моей машины. – Не ждите, что, находясь на смене, Уоррен Райт станет говорить с вами по душам. Камеры в пуговицах на его рубашке записывают происходящее и тут же передают информацию на местный сервер.

– И как это все понимать? – я взглянула на Айени.

– Она нас предупредила, – он открыл дверь машины, – о том, что очень много знает.

– Странная она какая-то. Сегодня пасмурно. Кто ходит в темных очках в такую погоду?

Айени засмеялся.

– Что? – не поняла я.

– Я вот волнуюсь о том, что она слишком много знает, а ты про очки размышляешь?

– И про ее сапоги тоже.

– Мэйю, это не то, о чем сейчас следует думать.

Полли

Я засела в кабинете начальника офиса со стаканчиком кофе, который мне принес дежурный, и зефирками, которые по-прежнему стояли в вазочке на рабочем столе первого Райта. Да это издевательство надо мной – эти проклятые зефирки! Съела пять штук и как раз тянулась за шестой, когда Райт, наконец-то, вошел в помещение.

– Добрый день, мэм.