Морок

– Хорошо, братик, целую тебя и жду звонка, и постарайся больше не пить, ради меня.

– Обещаю. Давай, сестричка, до вечера.

Андрей выключил телефон и положил его на стол рядом с пепельницей, потом сделал затяжку, выпустил блеклый дым, встал с дивана и вышел в коридор. Снял куртку и повесил ее на вешалку рядом с прямоугольным зеркалом, которое висело на стене. Разулся и поставил грязные ботинки рядом с невысокой тумбочкой и пошёл на кухню.

Поставив, кипятится чайник, он подошёл к окну, сделал очередную затяжку и выглянул на улицу.

Снега, который вчера покрывал собой улицы города, практически не было. Солнечные лучи грели плохо, но их тепла хватило, чтобы невысокие сугробы до обеда уменьшились вдвое.

На другой стороне дороги стоял грязный оранжевый мусоровоз и поднимал металлический контейнер. Неподалеку от него на автобусной остановке толпились горожане. По разбитым тротуарам, смотря себе под ноги, дабы не поскользнуться на оставшейся кромке льда, бродили пешеходы. Каждый человек, который попадался Андрею на глаза, был в медицинской маске, а некоторые люди носили перчатки.

***

Протирая покрасневшие глаза, Андрей держался за поручень городской маршрутки, которая битком была набита людьми в медицинских масках и не спеша петляла по городским улица. Хотя, как сказать, петляла. Городские водители общественного транспорта, редко соблюдали правила дорожного движения: курили в салоне, хамили пассажирам, высаживали людей прямо на пешеходных переходах и перекрестках.

То же самое можно было сказать и об обычных водителях, которые мало чем отличались от предыдущих.

На этом «прелести» города, которые Андрей наблюдал каждый божий день, не заканчивались. Несмотря на постоянные ограничительные меры, в связи с пандемией коронавируса и огромные штрафы за их нарушение, в городе часто можно было увидеть километровые пробки, бесчисленные парковки на обочинах в два ряда и узкие улицы с еле ползущими гремящими трамваями: типичные ростовские будни. Помимо этого, впечатление о городе омрачали голодные и нищие пенсионеры, которые рылись в мусорных баках, куда из супермаркетов выбрасывались просроченные продукты.

Пожилые люди толпами ждали, пока сотрудники магазинов в очередной раз будут выбрасывать просрочку. Не дожидаясь, пока человек довезет ее до помойки, люди бросались на тележку и доверху набивали свои сумки.

Внешний вид города, особенно зимой и осенью, всегда был серым и невзрачным: сплошная чёрно-белая фотография.