Эксгумация

– Нашли что-нибудь? – спросил Хэл.

Покачав головой, Шварцман перешла от носа к челюсти и скулам. Ничего, что объяснило бы причину смерти. Наконец она открыла рот жертвы и посмотрела на зубы. Регулярно отбеливаемые, ровные. Ничего, что указывало бы на травму.

Шварцман отступила и еще раз внимательно осмотрела покойницу с головы до ног на предмет ушибов или признаков травмы, измерила внутреннюю температуру и, чтобы сохранить улики, надела на кисти рук трупа пакеты.

– Я не могу назвать вам причину смерти без вскрытия, – наконец сказала она, снимая перчатки.

 – Никаких видимых ран или ушибов, никаких очевидных травм, чтобы предположить, что привело ее к смерти.

– Но это явно была не естественная причина, – добавил Хэл.

– Нет. Безусловно, нет.

Шварцман заметила, что Хейли переводит взгляд с нее на мертвую женщину. Она явно сравнивала их. Темные волосы, рост… они могли быть сестрами.

– Значит, нет причин предполагать связь между тобой и жертвой?

– Если только вы не параноики.

 – Комментарий предназначался не столько им, сколько ей самой. Она не будет параноиком. Именно этого и добивался Спенсер: навсегда оставаться в ее памяти, где каждая мелочь напоминала бы ей о нем. Пусть даже не надеется. Сан-Франциско был для нее новым стартом. – Жертва действительно похожа на меня. И она держит букет желтых цветов…

– И они тебе знакомы? – спросил Хэл.

Она почувствовала тяжесть его взгляда.

Разумеется, Хэл был в курсе. Роджер наверняка рассказал ему. Они говорили о ней.

Это выглядело как вторжение в ее личную жизнь… хотя, наверное, зря она так. Они защищали ее, как коллеги. Она сделала бы для них то же самое.

– Цветы другие. Те, что подбросили мне под дверь, были более торжественными. – Интересно, Роджер до сих пор работает над ними?.. – Роджер здесь? Хотела спросить его, нарыл ли он что-нибудь по части полученных мной цветов.

– Я пока еще не видел его, но, как только увижу, спрошу, – сказал Хэл.

Без сомнения, у лаборатории хватает реальных дел, однако Анна надеялась, что там изучат ее цветы.

– Эти больше похоже на полевые, чем на букет, который положили мне под дверь.

Платье… он точно выбрал бы такое. Она не смогла заставить себя произнести эти слова вслух. Это не было уликой, а гадать на кофейной гуще было бесполезно.

– Она из городка, соседнего с тем, в котором выросла ты, – продолжил Хэл.

– Население Гринвилла более шестидесяти тысяч человек, еще тысяч сорок живет в Спартанбурге.