Вигнолийский замок

Девушка поздоровалась с нами по всем правилам: сделала реверанс такой глубины, которая полагается барону.

– Проходите, располагайтесь по-семейному! – я изо всех сил пытался казаться радушным. – Рекомендую наше красное вино. Оно мне досталось от предыдущего владельца этого замка. Четыре года назад в наших местах был отличный урожай винограда.

– Благодарю, – Эмилия присела на краешек стула и даже не посмотрела на еду. – Я не голодна. Не могу даже думать о пище, когда лишена свободы.

Мы с Никером переглянулись.

– Отведайте птицу, – Никер кивнул на живописно запеченных рябчиков. – Я сам вам положу. Хотите?

– Нет, спасибо, – Эмилия смотрела в темный угол гостиной.

– Может, вам спеть? У меня тут под столом случайно завалялась лютня, – Никер явно пытался угодить даме.

– Мне не нравится музыка. Я ничего в ней не понимаю.

– А у меня в подвале стоит рояль, – я включился в разговор.

– Что такое рояль? – с интересом спросил Никер.

– Что-то вроде клавесина, только больше. Их часто находят в кустах… впрочем, не будем об этом. Эмилия, если вы не голодны, может, примете участие в нашей беседе? Мы обсуждали, каким образом лучше убивать магов: ударом копья или через повешение на сосне. Никер считает, что повешение неэстетично. Лицо синеет, глаза пучатся, да и сама сосна выглядит отвратительно… А вы что думаете об этом?

Щеки Эмилии слегка покраснели.

– Я не разбираюсь в магах и в способах их убийств, господин барон.

– Арт! Прошу, перестань! – Никер все никак не мог привыкнуть к моей манере общения с дамами. – Миледи, простите его. Он – простой рубака-парень, способный только вести за собой военные отряды.

– Господин барон не только на это способен, если то, что я слышала о нем, правда.

– А что вы слышали? – тут же отреагировал поэт, стараясь вовлечь Эмилию в беседу.

Девушка испытующе посмотрела на меня и, видимо, решила, что я не стану ее немедленно пытать каленым железом или подвергать иным пыткам, если она скажет правду.

– Я слышала, что господин барон – умный и хитрый человек, который часто притворяется другим, чтобы добиться своих целей, и что пока все сходит ему с рук.

Мы с Никером снова переглянулись.

– Кто это вам рассказал, миледи?

– Мне рассказывали разные люди о поступках господина барона.