Зеро Варош: Полуночное Солнце

Почему бы и нет? Кто знает, какие решения в этом странном мире – правильные?

Она пока не представляла, что может дать ей эта поездка, как и сам кортик, но ведь не может же все это оказаться случайным? Тем более, что Дэвид, похоже, что-то действительно помнит о них. Надо лишь помочь ему, подтолкнув воспоминания в нужное русло. Или даже попросту продемонстрировав, что ей можно открыться, не опасаясь насмешек и осуждений.

Однако, сидя в кресле чужого автомобиля, Мари незаметно сбросила свои координаты Стэнли, намереваясь повторить это затем ни раз.

Не то чтобы у нее внезапно разыгрался приступ паранойи… Просто давняя привычка не доверять людям не давала покоя. И особенно в такие моменты повышенного нервного напряжения, как сейчас.

Нет, понятно, конечно, что это Дэвид. Пока что единственный человек в этом мире, которого она помнит, если не считать смутного чувства узнавания по отношению к Дамьену. Но все же… Воспоминания о нем и их общении отрывочны и слишком сильно напоминают сны.

В пахнущем дорогой кожей салоне старого бордового кадиллака играла приятная музыка Эрика Сати, и это немного успокаивало взвинченные нервы.

Сам Дэвид без конца мило ей улыбался. И в этой улыбке сквозило что-то беспомощно-детское. Растерянное. Беззащитное. Одинокое…

По крайней мере ни одна она чувствует себя сейчас отчаянно глупо.

Они ехали молча, хоть Мари и не ощущала никакого психологического напряжения между ними. Просто с некоторыми людьми комфортно даже помолчать вдвоем. И Дэвид, по-видимому, был для нее именно таким человеком.

Минут через сорок автомобиль выехал на загородную трассу, а затем свернул на одну из боковых дорог, которая, часто петляя, прорезала густой тенистый лес. Машинально запоминая путь со всеми его замысловатыми изгибами, Мари, сама не зная отчего, вновь начала нервничать и попыталась незаметно отправить очередную локацию на телефон Стэнли.

И тут произошло нечто действительно страшное…

За следующим крутым поворотом, прямо посреди дороги внезапно возникла фигура тощего человека в клочковатых лохмотьях, со спутанными седыми лохмами и бледным, как известка, лицом.

Стоя в центре проезжей части, он зловеще тянул к машине свою костлявую, узловатую руку, словно указывая крючковатым пальцем на кого-то из них.

Столкновение казалось неизбежным, однако Дэвид все-таки умудрился свернуть, резко дернув руль вбок. Едва ли ни чудом они избежали удара о мощный ствол раскидистого дерева, притормозив в какой-то несчастной паре метров.