Пробуждение

– В вашем голосе я различаю нотки депрессивного настроения, – робот слегла наклонился и изобразил озабоченность на искусственном лице. – Мне стоит беспокоиться?

– Ено, тебе стоит замолчать и больше меня ни о чем не спрашивать, – отрезала Кайлин и отвернулась к машине.

Робот склонил голову на бок и улыбнулся.

– Как пожелаете.

Ее усадили на заднее сидение автомобиля. Ено и Маркус сели впереди.

– Почему ты сел за руль, а не робот? – удивилась Кайлин.

– Потому что это моя машина, а не Ено, – Маркус подмигнул ей в зеркале заднего вида.

 – Поедем по земле. Боюсь, к полетам ты еще не готова.

– Меня не укачивало в самолетах, – она пыталась найти ремень безопасности на сидении, но кажется, его там не было.

– Поверь, свою первую поездку в атмосфере на автомобиле ты запомнишь навсегда, – пообещал Маркус и коснулся светящейся полоски, которая замигала прямо над его головой.

Кайлин только хмыкнула в ответ и запрокинула голову: полоска со значком ремня безопасности призывно подмигивала синим свечением.

Кайлин коснулась ее пальцем и вздрогнула. Лямки ремня безопасности выстрелили из-за сидения и мягко опустились на ее грудь, автоматически фиксируясь, где это необходимо, и абсолютно не стесняя в движениях. Спустя несколько минут она и вовсе забыла о том, что пристегнута.

По ее меркам, Маркус водил машину отвратительно. И даже несмотря на скоростной режим, предписывающий двигаться не более девяноста километров в час, к езде на такой машине по пустынным асфальтированным улицам города, где все движение концентрировалось над головой, Маркус, казалось, не был готов.

– Почему здесь нет машин? – спросила Кайлин.

За Маркуса ответил Ено:

– В атмосфере скорость передвижения не ограничена, тогда как здесь существует свой лимит.

– Поэтому все полагают, что доберутся по воздуху быстрее?

– Конечно, – кивнул робот.

– Как долго нужно обучаться, чтобы получить права? – она пытливо изучала искусственное лицо Ено.

– Если в прошлой жизни у тебя были права, то для наземного транспорта их получать не обязательно: всего лишь следует обратиться в архив, чтобы Центр криогенизации подтвердил это документально.

– А при чем здесь Центр? – не поняла Кайлин.

– В его архивах хранятся все личные дела вновь пробужденных, – объяснил Ено. – Они засекречены и принадлежат Центру.

– И мое тоже?

– И твое тоже, – кивнул робот.

Кайлин задумалась над таким странным положением вещей.