Пробуждение

– Тяжело это.

– Что именно? – не понял Гийон.

– Умирать каждый день.

– Ей не привыкать.

– К этому нельзя привыкнуть, – вторил Маркус.

– Судя по тому, что она в прошлой жизни хотела умереть – ты прав, – Гийон встал и тоже пошел на кухню.

– Самоубийство? – Маркус наконец-то нашел бокалы и выставил их на стол.

– Не исключено.

Гийон помыл за собой кружку из-под чая и оставил ее в раковине.

– А если так? – спросил Маркус.

Гийон развел руками:

– Ей решать. Все-таки, это – ее жизнь.

– Жалко мне Кайлин.

– А мне нет, – он вернулся на диван и стал ждать свое пиво.

– Ты жесток, – обронил Маркус.

Гийон улыбнулся:

– Не отрицаю.

– Слишком жесток.

– Что ты хочешь этим сказать?

– Зацепила она тебя чем-то.

Гийон снова развернулся на диване и бросил гневный взгляд в сторону Маркуса, разливающего пенное по бокалам.

– Ты в своем уме?

– Конечно, – и бровью не повел тот.

– Ты ее видел?

– Я не об этом. Какой бы она ни была, как бы ни выглядела, с ней ты ведешь себя странно.

Агрессивно слишком.

– И что из этого? – он все еще не мог понять странной логики друга.

– Ты индифферентен к женщинам, Гийон. А Кайлин выводит тебя из себя, – сообщил Маркус.

– А в тебе вызывает жалость. Так кого из нас она «зацепила»?

– Я с нормальными женщинами сплю, Гийон. А ты путаешься только с невадами.

– Не вижу связи, – тот отвернулся.

– Зато я вижу. Ты ничего не испытываешь к этим красивым существам природы.

А на Кайлин реагируешь.

– Я все понял, Маркус, – закивал Гийон. – В твоем понимании ненависть и неприязнь – это полезные чувства.

Маркус рассмеялся в ответ, однако, только ему одному было известно, чем вызван этот смех.

Глава 5

«Однажды я встретила мужчину, в которого влюбилась с первого взгляда. Это было очень мучительно для меня. В последующие годы мы работали вместе. Я знала, что не имею право испытывать к нему какие-либо чувства, но поделать с собой ничего не могла.

Он общался со мной, иногда даже в неформальной обстановке, но, когда он смотрел на меня, я отчетливо читала в его глазах жалость. С тех самых пор я ненавижу это чувство. Иногда мне даже казалось, что лучше бы он ненавидел меня. Возможно, ненависть, как оборотная сторона страсти, согрела бы мое сердце гораздо больше, чем презренное чувство жалости…»

Из разговора от 06.11.3565

Утро у Гийона не задалось с самого начала.