Наперекор своей судьбе

– Да, вы абсолютно правы, мы ведь собрались здесь для дела, а не для разговоров о любви.

– Любовь – это удел слабых.

– Возможно вы и правы, Мистер Эдвард.

– Я знаю, что я прав. А теперь к делу.

– Речь идет о картинной галерее, что вам принадлежит, мистер Эдвард.

– И речи быть не может, мистер Баттер. Эта галерея не продается, и точка. Надеюсь это все?

– О нет, сэр. Вы ведь даже не услышали сумму. Я вам предлагаю..

И тут Эдвард встал, даже недослушав.

– Я вам уже сказал, что эта галерея не продается! Я не продам ее, ни за какие деньги!

– Поймите Эдвард, мой босс не привык, когда ему отказывают.

– Я уже все сказал вам, Баттер! Сделки не будет! Прошу прощения, но я откланяюсь.

– Мы это еще посмотрим, посмотрим.

Пока Эдвард шел, тот посмотрел с коварной улыбкой, – повторив эту фразу вновь.

– Ну что, Эдвард, как прошла сделка?

– Ничего особого.

– Снова о галерее, верно?

– Да, ты прав.

– А ведь когда-то, большинство картин принадлежали твоей матери. Она бы гордилась тобой.

– Я знаю, Роджер, знаю. Это была моя первая сделка, и один из первых плодов моего успеха.

– Я помню этот день, Эдвард. Я горжусь тобой. А также помню, как спас твоего отца, и как он стал мне другом.

– Я помню. Ладно, мы мило поболтали, но мне нужно идти.

– На связи, Эдвард.

Спустя 20 минут. Театр «Барбаросса«

– Здравствуй, Эдвард.

Он протянул ей фиалки и бутылку отличного виски.

– Как же я мог пропустить выступление в честь дня рождения, твоего чудесного театра!

– Спасибо, еще раз спасибо. Если бы не ты…

– Оставь эти благодарности. Это были всего лишь формальности. Не забывай, что я сделал лишь последний шаг, а во всем другом постаралась ты. Это плоды – твоих успехов.

Казалось, она хотела обнять его, но не решилась.

– Премного благодарна тебе.

Он кивнул ей.

– Я уверен, тебя ждет великий успех.

Сев рядом с ним, закинув ногу на ногу, она давала разного рода комментарии. Эдвард же, внимательно слушал.

Это была темнокожая женщина, с пышными черными волосами, подстриженными под каре. На верхушке восседал красивый венец, а на руках были изящные кольца и браслеты, которые дополняли вьющиеся серьги, со строго висящей цепью на шее. Платье было алого цвета. В этом наряде она была словно Афродита.