Ушедшие: Наследие Предков

Даже небо над головой давит кричащими багряными красками, будто некогда белоснежные облака внезапно насквозь пропитались свежей яркой кровью.

– Иди. – сказал Джессу Иен. – Там твой Потерянный Рай, Адам. Твоя Ева. Твой дом. Я всегда верил, что ты найдешь его однажды. Это то, что я пообещал сестре перед ее смертью. Что помогу тебе отыскать его. А еще… я твердо верю, что именно в этом и есть твоя судьба.

Джесс хотел было возразить. Сказать, что ни за что не бросит его, и что нужно идти вместе, как раньше, но внезапно что-то больно проткнуло плечо.

Будто челюсть злобной собаки, жадно вонзившей острые клыки в мясо.

Обернувшись, он увидел Бирна. Нижняя часть лица друга была обильно перепачкана кровью. Только вовсе не собственной, а чужой. Кровью, хлещущей из прокушенного плеча Джесса.

– Какого дьявола? – ошарашенно пробормотал Джесс, чувствуя жгучую смесь досады, обиды и злости.

Бирн посмотрел на него странными – непривычно черными, как бездна находящейся рядом пропасти, глазами.

Холодно и безэмоционально, будто этими глазами смотрела на него сама смерть.

А в следующее мгновение что-то вдруг зашелестело в воздухе, с каждой секундой все громче и громче – какая-то зацикленная по кругу фраза, но Джесс, как ни старался, не мог разобрать в ней ни слова, хоть они и звучали смутно знакомо – будто язык, который он раньше знал, но безнадежно забыл.

А потом он внезапно увидел себя самого – с другой прической и гораздо старше. И этот иной Он, возникший из ниоткуда прямо перед носом, показательно приложил указательный палец к собственному виску и слегка постучал, словно предлагая вспомнить что-то или о чем-то подумать.

В глазах его, при этом, мелькнул холодный стальной блеск.

– Соберись уже и действуй! Времени слишком мало! – жестко отрезал он.

– Джесс!! – звонкий и испуганный крик Мари вырвал разум из глубин сна обратно в реальность.

Он моментально вскочил и огляделся по сторонам, хотя голова спросонья соображала с большим трудом.

Перепуганная девчонка сидела на кровати рядом, подтянув коленки к подбородку, а посреди комнаты высилась зловещая, слегка сгорбленная фигура, казавшаяся гротескно-демонической в красных отблесках умирающего огня из наполовину потухшего очага.

– Б-бирн? – окликнул фигуру Джесс, силясь понять, в своем ли уме приятель.

От звука знакомого голоса Бирн болезненно вздрогнул, и глаза его из бездонно-черных стали привычно серыми, а взгляд осознанным.