Королевство моста

Ведь вкупе с клеймом на тыльной стороне ладони это означало, что мужчина отсидел срок за воровство в амаридской тюрьме.

Арен присел и изучил изношенную форму мертвого солдата с протертой тканью на локтях.

– Говоришь, все преступники?

– По крайней мере те, на кого нам удалось взглянуть.

Король встал и хмуро осмотрел застеленные туманом воды бухты. Флот Амарида знал не понаслышке о защите Срединного дозора, но судно заплыло прямо в ловушку, из-за чего стало легкой добычей для итиканцев. Возможно, ветхий корабль с кучкой заключенных – это все, чем королева Амарида готова рискнуть под конец сезона бурь, но все же… Какой в этом смысл?

Арен повернулся к Горрику.

– Напиши отчет и отправь его командирам гарнизонов. Сообщи им, что налеты начались раньше обычного, – приказал он и пошел по тропинке к казарме, не испытывая ни малейшего желания возвращаться домой.

* * *

– Что, женушка уже выставила вас за дверь, ваше величество? – Джор лежал у костра с книгой в руке. – Похоже, она была не в восторге от итиканской версии милосердия.

Это точно.

Лара так долго сидела и хандрила на краю той скалы, что Арен уже всерьез подумывал отправить кого-то силой увести ее домой. Как вдруг она резко встала, спустилась по ступенькам на пляж и молча промчалась мимо него. Приставленные к ней стражи выглядели так, будто предпочли бы поплавать с акулами, чем следить за своей новой королевой. Примерно через час Илай принес письмо Лары отцу, и теперь Арен, памятуя о словах Астера, размышлял, стоит ли его отправлять.

– Сомневаюсь, что она когда-нибудь видела столько кровопролития. – Арен пошел к своей койке, но затем одумался и сел рядом с солдатом. – Прочти это.

Джор взял письмо, пробежался взглядом по тексту и пожал плечами.

– Как по мне, обычное письмо с подтверждением того, что она жива и здорова.

Арену тоже так показалось. В послании не было ничего примечательного: Лара сообщила, что она в порядке, с ней хорошо обращаются, а также подробно описала дом, уделив особое внимание горячим источникам.

– Любопытно, что она ни разу не упоминает тебя. Чую, никто не согреет тебя холодными ночами.

Арен фыркнул, в мыслях промелькнул смутный сон о Ларе в его покоях, в его кровати, в его объятиях.

– Кажется, ей не по душе быть призовой лошадью в нашем мирном договоре.