Школа прошлой жизни

Легко получилось себя убедить, что несчастья случаются, порой – слишком часто.

У меня была работа, которая в том числе заключалась в том, чтобы раздать преподавателям классные журналы, и я направилась к кабинету директора Лэнгли. Мне не хотелось туда заходить, но я себя пересилила. Лэнгли вряд ли мне что-нибудь скажет, но – я кивнула своим мыслям – я смогу сообщить ему, что студентка нашлась.

У двери торчал Арчи, на мое приветствие он не ответил, и я подумала, что у бедного старика шок. Я коротко стукнула в дверь и вошла, не дожидаясь приглашения.

– Нет, господин хороший, да кто бы вы ни были! Я потеряла малышку Лайзу, чем вы хотите меня напугать? Я не стану перебираться в это насквозь прогнившее здание, моим растениям нужен постоянный уход!

Крики, вопли и раздражение – такая же примета Школы Лекарниц, как протечки и холод. Лэнгли об этом еще не знал, он был мрачен, рассеянно кивнул мне, и по его лицу мне стало понятно, что дело, возможно, серьезнее, чем я вообразила.

– Она нашлась, сэр, – сказала я, решив не выдавать Мэдисон. – Она была на улице с позволения преподавателя, искала ингредиент.

– А, – тут же забыла свой резкий тон госпожа Коул. – Мэдисон отыскала волчий корень? Вот же настырная. Ладно, пусть приходит, раз обещала, научу.

Она боком протиснулась в дверь. Ей было далеко до объемов госпожи Лидделл, и все равно я подумала, что в темноте их можно запросто перепутать.

– Вы зря мне не верите, господин директор. Спросите кого хотите, я в темноте вижу мышь.

Лэнгли кивал в такт его словам. Волосы его были мокрыми, слегка вьющимися, и вода капала с них на темный сюртук и на пол.

– Говорю вам, я его видел, – настойчиво продолжал Арчи. – Не первый раз я его видел, так почему ничего не сделал, спросите вы, я отвечу – я хочу дожить отпущенные мне Сущими дни.

«О чем это он?» – прочитала я в недоумевающем взгляде Лэнгли.

«Не имею ни малейшего представления», – постаралась передать ему я.

– Глупая Коул не намерена прятаться в безопасном месте, я скажу – спрячьте меня! Спросите кого угодно, нельзя будить древнее зло! Нельзя было будить это древнее зло!

Глава девятая

«Он тронулся от этих смертей умом», – подумала я.