Зоя

Она в последний раз наклонилась поцеловать Машу, почувствовала под пальцами мягкие вьющиеся волосы, рассыпанные по подушке, – и, резко повернувшись, почти побежала к двери, а на пороге, помедлив еще мгновение, помахала. Но глаза Маши были закрыты, и Зоя выскользнула за дверь, только в коридоре дав волю слезам, давно уже подступавшим к горлу.

Со всеми остальными она простилась полчаса назад, но все же у дверей наследника остановилась.

– Можно? – вполголоса спросила она, увидев там Нагорного, Пьера Жильяра и доктора Федорова – он как раз собирался уходить.

– Спит, – сказал доктор, ласково дотронувшись до ее руки.

Зоя только кивнула и побежала по знакомой лестнице вниз, где ее ждали Николай, Аликс и Евгения Петровна. Федор был на дворе, запрягая в сани пару лучших лошадей из царской конюшни. На подгибающихся ногах Зоя двинулась навстречу царю и царице. Душевные ее силы были на исходе. Ей хотелось, чтобы время замерло или потекло вспять, а она – кинулась бы наверх, в спальню Мари… Она чувствовала себя так, будто предавала их всех: какая-то неодолимая сила отрывала ее от них.

– Ну, как она? – с беспокойством спросила Александра, заглядывая ей в глаза: она надеялась, что дочь не поняла истинный и мучительный смысл происходящего.

– Я сказала, что мы ненадолго должны вернуться в Петроград. – Зоя теперь уже не сдерживала слез.

Плакала и Евгения Петровна. Николай поцеловал ее в обе щеки и крепко сжал ее руки; в глазах его застыла безмерная печаль, но губы по-прежнему улыбались.

– В добрый час, Евгения Петровна, с богом! Будем надеяться на скорую встречу.

– Мы будем молиться за вас. – Графиня поцеловала его. – Храни вас бог. – Она повернулась к Александре: – Берегите себя, не надрывайтесь… Бог даст, дети скоро будут здоровы.

– Напишите нам, – печально произнесла та. – Мы будем с нетерпением ждать от вас весточки. – И обернулась к Зое, которую знала со дня ее появления на свет: они с Натальей родили дочерей чуть ли не в один и тот же день, и все восемнадцать лет жизни Зои прошли у нее на глазах. – Будь умницей, слушайся бабушку… – И крепко прижала ее к своей груди – на миг ей показалось, что она расстается с родной дочерью.