Песочная Мандала Бытия Синергия

Происходит борьба между наблюдающим и наблюдаемым. Борьба идёт за то, чтобы контролировать, изменять, формировать, подавлять, приводить в порядок и т.д., – борьба, которая постоянно происходит в нашей жизни.

Но когда ум постигает ту истину, что наблюдающий, получающий опыт, мыслящий есть мысль, опыт, наблюдаемое, что тогда имеет место?

Осознание, что необходима радикальная перемена.

Из этого следует, что человек должен понять значение усилия. Что это значит, почему усилие вообще существует? Тот ли это путь, которым можно осуществить перемену в сознании? Что это означало бы?

Произвести изменение через конфликт.

Когда применяется усилие воли, оно становится формой сопротивления; преодолеть, подавить, отрицать, убежать – всё это имеет в своей основе волевое усилие.

И тогда жизнь становиться непрерывной борьбой»…

И как раз в этом месте и выходит на арену «генеративный коучинг» – творение Стивена Гиллигена и Роберта Дилтса, – с его магической мантрой приятия того, что есть «здесь и сейчас», воплощённой в простой и непритязательной формуле:

«О, это интересно… уверен в этом есть смысл, даже если я не знаю какой… что-то желает исцелиться или проявиться… – Добро пожаловать!»

Это способ приятия и внутреннего исцеления, таким путём мы снимаем возможную конфронтацию.

В русских былинах есть метафора «Мёртвой воды», которой окропляли израненного богатыря, чтобы срослись воедино все его телесные раны, и прежде чем оживлять его «Живой водой», – необходимо, чтобы он представлял собой единое целое.

Разрозненность и внутренняя разорванность, разобщённость – вот то, что порождает необходимость в проявлении некой «силы воли», – одной части актуально доминирующего сознания к подавлению другой её части, не способной в настоящий момент оказать достаточное и достойное сопротивление, – и на это подавление уходит масса актуальной энергии.

Внутренне единство – вот ключ к подлинной свободе воли.

Свобода, как осознанная необходимость, – и есть это внутренне-непротиворечивое единство: сценариста, режиссёра, актёра, его актуальной роли и зрителя.

Как реализует себя это единство? Каковы механизмы его актуализации?

Мы много говорим о приятии и смирении, но пока существует в ментале некий «виртуальный принимающий и смиренный», – истинное приятие и смирение невозможно.

Ибо пока смиряющемуся противостоит «несмиренный», – возможна лишь имитация смирения, – которая в любой момент могут обратиться в бунт всех против всех.