Сущий дьявол

Он был опасно, соблазнительно близко. Все же выглядел он неважно – бледный и похудевший, однако невзгоды плавучего ада не ожесточили и не сломили его, как это могло произойти со многими. Впрочем, неудивительно, ведь он от корня Мерриков, с восхищением подумала Орла. Меррики не ломаются, они лишь пригибаются, как молодые деревца в бурю, приспосабливаются к ситуации, становясь лишь сильнее назло своим противникам.

– Действительно, еще один побег. Завтра в полночь Черный Волк снова нанесет удар. – Он закрыл глаза, поднял лицо к небу и замер, наслаждаясь веселой игрой ветра с оттяжками и вантами – убаюкивающим ходом шхуны.

Легкий бриз развевал его вьющиеся каштановые волосы. – Боже, это непередаваемо – слышать все эти звуки, стоять под лучами солнца и чувствовать, как ветер снова овевает твое лицо. Я уж думал, что никогда не выберусь из этой проклятой тюрьмы.

– Если бы твоя сестра знала, что ты там, я уверена, ты был бы на свободе гораздо раньше.

– Откуда же ей знать, она сейчас на Карибах вместе со своим мужем-адмиралом.

Хорошо, что он наведался в Англию в свой отпуск. Редкое везение – после побега обнаружить, что наша славная шхуна «Пустельга» стоит в Портсмутской бухте совсем рядом с флагманским кораблем.

– С этой шхуной у тебя связаны дорогие воспоминания.

– Что верно, то верно, Орла. – Коннор перевел счастливый взгляд вверх на туго наполненный ветром грот. – Помнишь, когда мы были маленькими, отец брал нас на шхуну и учил плавать под парусами? Я обычно сидел вот здесь, возле пушки, когда была очередь Мейи стоять за штурвалом.

– Как я могу это забыть?

Коннор любовно провел рукой по лафету.

– Этой старушке тридцать пять лет, однако она до сих пор бодра и резва. И вообще она бессмертна!

– Сэр Грэхем говорит, что она побывала на всех судоремонтных верфях, – заметила Орла. – Новые паруса, новая оснастка, плотницкие работы, свежая окраска. Адмирал проследил за тем, чтобы сделали все как положено.

– Да, это так, но нельзя забывать о дедушке Эфраиме. Шхуна – это его шедевр. Никто не мог построить судно лучше, чем он.

– Никто, – чуть печально согласилась Орла. Волны с шумом бились о нос шхуны, бегущей вперед.

– Наш славный дедушка небось возликовал, узнав, что его лучшее детище снова брошено против англичан.

Оба замолчали, погрузившись в воспоминания об ушедшем от них Эфраиме Меррике. Лишь порывы ветра да шум моря нарушали тишину.