Кровавые наветы на евреев в России

kz/article/53418935-novinka-evgenii-avrutin-velizskoe-delo-ritualnoe-ubiistvo-v-odnom-russkom-gorode

Обвинение

После прошествия нескольких недель истории с новым вариантом картины, в 1-й день христианской пасхи, который пришелся на двадцать второе апреля 1823-го г. года, в городе Велиже Агафья Иванова оказалась перед проблемой исчезновения своего трехлетнего сына Федора, найденного по прошествии нескольких дней за городом заколотым, мертвым.

В сборнике под названием «Разыскание об убиении евреями христианских младенцев и употреблении крови их» дается следующее описание трупа мальчика [14]:

«По всему телу были накожные ссадины, будто кожу сильно чем-нибудь терли; ногти были острижены вплоть до тела; по всему телу множество небольших ран, будто проткнутых гвоздём; синие, затекшие кровью ноги доказывали, что под коленами положена была крепкая повязка; нос и губы приплюснуты, также от бывшей повязки, которая оставила даже багровый знак на затылке, от узла; а, наконец, над мальчиком произведено было еврейское обрезание».

Итак, труп обнаружили. После этого по городу поползли слухи о похищении и убийстве Федора евреями.

Матерью погибшего мальчика следователям было заявлено, что [14]:

«пьяная нищая проститутка Марья Терентьева и «больная девка» Еремеева с помощью гадания сообщили ей до нахождения тела, что сын находится «в доме еврейки Мирки».

Тетей и отцом Федора также были высказаны подозрения в отношении вины евреев. Данные заявления оказались достаточным поводом для направления следствия против еврейской общины города (да, именно, речь шла не о вине конкретных подозреваемых, а о вине всей еврейской общины).

Местное следствие

Велиж до революции. Источник: http://www.archivistus.ru/velizh-tak-velizh/

Имело место проведение безрезультатного обыска в доме Мирки Аронсон (она была в престарелом возрасте) и ее семьи, состоявшей из дочери Славки с мужем, Шмерки Берлина, сына последних Гирша, с женою Шифрой, и их дочери Лайки, мужем которой являлся Янкель-Гирш Аронсон.

Терентьевой было рассказано, что она видела, как мальчика Федор шел с державшей его за руку Ханной Цетлин, являвшейся содержательницей шинка. Ханна приходилась женой ратману городского магистрата, зажиточному коммерсанту, занимавшему почетную должность погребального старосты.

Христианками-соседками не было подтверждено, что кто-то из евреев вел погибшего мальчика.