Сердце бандита

– Я слышала выстрелы! Там была перестрелка! Мы с мужем ехали очень осторожно, не больше сорока километров в час! В нас кто-то врезался – большой, чёрный джип с яркими фарами, а потом… градом посыпались жуткие выстрелы.

Я успеваю заметить, как быстро меняется лицо главврача. Как его тонкие губы опускаются вниз, а кривой нос морщится в отвращении.

– Вы ошибаетесь. С вами произошёл несчастный случай, Ангелина Сергеевна. Авария. Просто авария. К сожалению, никто, кроме вас не выжил. И те пациенты, которые в вас врезались.

У них что-то с машиной произошло. Тормоза отказали.

– Нет! Вы что-то скрываете! – я поддаюсь вперёд, задыхаясь от истерики, впиваюсь пальцами в запястье врача, начинаю его трясти. – Говорите! Кто их убил?! Какая тварь?

Слёзы умывают бледное лицо раскалённым ядом.

Я реву. Реву. Реву. Не могу остановиться.

Боль меня заживо съедает.

– Успокойтесь, сейчас же! – командует упырь в белом, вырываясь из хватки, – или мне придется вызвать неотложку и отправить вас в психушку!

Игорь Владимирович даёт знак медсестре коротким кивком, а та, в свою очередь, делает мне укол.

По прозрачной трубке лекарство вливается в колотящееся тело. Я опять начинаю тонуть в слабости, улетая в бесчувственный сон.

Так и знала. Они что-то скрывают.

Нелюди! Твари проклятые!

Их купили. Да? Купили, ублюдков!

Ненавижу этот жестокий мир. Ненавижу подлую суку судьбу.

Какой-нибудь местный депутат, или сынок высокопоставленного мажора?

У кого есть деньги, тот и управляет планетой.

Захочет – украдёт, захочет убьёт. Всё равно откупится, следы заметёт. Таким мразям всё сходит с рук. Виновники аварии даже не будут наказаны за содеянное. Их не найдут. Мне сказали, что они мертвы. Но я не верю.

* * *

Если бы меня не накачивали успокоительными, я бы сошла с ума от горя. Сердце бы точно не выдержало и лопнуло, захлебнувшись в крови.

Этой ночью мне приснился Женя. Он обнимал меня, нежно шептал на ушко, что всё будет хорошо, чтобы я не отчаивалась, хваталась за жизнь дальше.

Ведь я сильная. И если бог дал мне второй шанс, оставив в живых, значит моё время не пришло, значит я должна им воспользоваться. Значит так надо.

Женя спас меня. Любимый отдал за меня жизнь, закрывая собой. Если я наложу на себя руки, значит его жертва будет напрасной. Значит, я перестану его уважать. Наплюю на всё, что он сделала ради меня. К такому выводу я пришла, когда очнулась после сна, взбодрившего меня, а после пообщалась с психологом.