Первый вызов официозу: Криптозоология

Это говорит о том, что перья представляют собой высоко-модифицированную чешую (но, как известно, линяют не только птицы, но и пресмыкающиеся и млекопитающие, у которых перо распушилось в шерсть, более приспособленную для обогрева от холодов – авт.). По мысли Рейхолфа, этот факт является свидетельством того, что родословная птиц ведёт начало от ящеров (точнее было бы сказать, что родословная птиц и ящеров восходит к одному предку – авт.). Однако, не надо забывать, что чешуя есть не только у рептилий, но и у рыб, структура которой гораздо больше к структуре перьев! Не говорит ли это о том, что предок птиц и млекопитающих не прямо родствен земноводным, от которых, как считается, произошли и рептилии? Возможно и рыбы – лишь древнее производное даже не земноводных, а птиц.

Каждый новообразовавшийся вид проходил присущий только ему процесс эволюции, не похожий на процесс эволюции родственного вида, но, тем не менее, все эти процессы были незримо связаны генетически: из набора благоприобретённых качеств организм сам (!) выбраковывает ненужные, мешающие в новых условиях, а иммунная система перестраивала его таким образом, чтобы не допустить гибели, и в такие периоды, думается.

Была подвержена внешнему влиянию (через вирусы и бактерии, несущие в себе часть генетической информации других существ и организмов – возможно, присущей изначально для любого вида), в результате чего происходил качественно новый скачок в развитии, и в короткий срок появлялся новый вид. Здесь уже действовала система естественного отбора: наиболее приспособившийся индивид выживал и становился предком новой линии.

Ясно одно, и эта истина абсолютна: животных следует группировать по восходящей по одному, основному, связывающему 2 линии, а также предка и потомка, признаку (при наличии ряда других, сходных или даже при отсутствии каких-либо общих признаков, утраченных в процессе эволюции). Только таким образом можно восстановить картину эволюции, хотя это длительный, на самом деле, и кропотливый процесс, в котором сейчас очень значительно может помочь биомолекулярная биология и генетика в целом.

Говоря об эволюции, мы должны помнить, что всегда стоим одной ногой в прошлом, а другой – в будущем, когда в нашем мире что-то беспрерывно меняется, а что-то, как будто, остаётся неизменным, но всё это настолько неуловимо, что мы ещё не в состоянии до конца осознать реальность.