Господин Дьявол

Мужчина поддаётся вперёд, наклоняется ближе, запускает пальцы в волосы. Осторожно. Несколько даже чувственно. Разум дуреет от этих прикосновений, в голове начинается сущая мясорубка. Как после бурной ночи, после новогоднего застолья.

Наклоняется ещё ближе. Зажмуриваюсь. А он протяжно вдыхает запах моих волос, запах живых орхидей, которые украшают мою голову. Могу поспорить, его возбуждение достигает пика предела. Он наслаждается этим ароматом… Ароматом скромности, юности, женской неприкосновенности.

– Мне нравится. Ты такая робкая, такая невинная. Как дитя. – Вытворяет с волосами ну просто ошеломительные вещи – ласкает и одновременно царапает подушечками пальцев кожу у корней, пробуждая острые волны восхитительных мурашек, пропускает локоны через пальцы, наматывает на кулак. А я всё пьянею и пьянею… В хлам! – Ты играешь? Или я и вправду буду у тебя первым. Кивни, если я у тебя первый.

Киваю. Стеклянными, заплывшими глазами смотрю точно в область его вздыбленного паха.

Боги! Какой же он огромный!

Даже, находясь в штанах, в сложенном виде, его пенис вызывает у меня истерику.

Вдруг, незнакомец резко хватает мою руку и с силой опускает на свой твёрдый бугор. Дёргаюсь! Вздрагиваю! А он лишь сильнее сжимает мои пальцы горячей пятернёй, и я чувствую, как его холм за миллисекунду утраивается в размере.

– Расстегни же! Я ведь сказааал!!! – хрипит, с угрозой, так, что не на шутку становится жутко.

Пока я ковыряюсь с молнией, он срывает с себя ремень, швыряет на пол.

Дергаю собачку вниз. Незнакомец слегка приподнимается в кресле, давая возможность стянуть с себя брюки. Сначала брюки. А затем трусы.

Большой и толстый, размером с приличный банан. Он пружинит перед моим носом и я, кажется, снова обретаю стопроцентное зрение, после такого-то шока.

Особенно, когда представляю, как такой огромный и объёмный агрегат сможет поместиться внутри моего крошечного, ещё никем не изведанного лона.

– Сожми его, девочка.

Сжимаю и тут же обжигаюсь!

– Ммм… какие же у тебя нежные ручки. – Мурлычет на ухо, опаляя кожу пряным дыханием, гладит по волосам, а затем начинает водить моей рукой вверх-вниз по своему огромному, набухшему причиндалу, по-прежнему сжимая мою руку в жадных тисках, так что хочется скулить от страха, боли и одновременно от взявшегося из ниоткуда вожделения.